[ГЛАВНАЯ] [ЕЛЕНА ГОРОШКО ] [ФОРУМ]

Горошко Е.И.

Современные интернет-коммуникации: структура и основные характеристики

Опубликовано

Современная интернет-коммуникация: структура и основные параметры (коллективная монография)

Интернет-коммуникация как новая речевая формация. – М.: Изд-во Наука, Изд-во Флинта, 2012. – 323с. –с.9-52.

В начале было Слово. Если действительно Бог и есть тот caмый Программист, то и в «начале» Интернета Библия не ошибается. Ибо в начале Интернета (более 40 лет тому назад) было слово. Даже если непосредственные исполнители планировали нечто другое.

Януш Леон Вишневский

1. Появление и развитие Интернета в мире

Официально рождение Интернета было провозглашено в 1969 году, и таким образом Сеть «родилась» более 40 лет тому назад. За этот промежуток времени Интернет развивался столь бурно, а его влияние на ход цивилизационных процессов сказывалось столь мощно, что этот феномен стал чаще описываться с помощью метафор, нежели простых терминов или определений. Его стали называть всемирной или глобальной паутиной, сетью сетей и мировой супермагистралью человечества [Markham 2003].

В 2005 г. эксперты из Массачусетского технологического института составили топ-список 25 важнейших изобретений человечества за последние два десятилетия: среди них Интернет занял первое место, а такое его приложение, как электронная почта – пятое [Раскладкина 2006, с.74].

Постоянно идет активное подключение пользователей во всемирные сетевые структуры, в «Сеть сетей» – Интернет, а темпы роста и размеры этой Сети поражают воображение не только теоретиков информационного общества. Так, на декабрь 2010 г. информационно-поисковая система Google «искала» слово «Internet» примерно среди 1 840 000 000 веб-страниц, а среднестатистическая аудитория Сети составила 1,966,514,816 человек, что означает, что 28.7 % населения Земли или приблизительно каждый четвертый землянин, по крайней мере, хотя бы знает, что означает это слово [Internetworldstat 2010]. Интернет прирастает в среднем на 18% в год. Ожидается, что к трем миллиардам пользователей Интернет должен подойти к 2040 г. [Nielsen 2005]. Наиболее быстро Сеть развивается в Азии. Самый большой прирост пользователей Интернетом происходит сейчас в Китае. Однако если вспомнить, что Интернет начался в 1969 г. с двух связанных в сеть компьютеров, то эти цифры впечатляют. Так, «…телефону, который впервые был представлен на Всемирной выставке в Филадельфии, потребовалось 55 лет для того, чтобы количество его пользователей достигло 50 млн. человек. Телевидение вышло на аналогичный уровень пользователей за 13 лет. Интернету понадобилось для этого всего три года» [Вершинин 2001, с.65; см. также Михайлов 2003, с.31], а сервису второго веба социальной сети Facebook добавила 100 миллионного пользователя меньше чем за 9 месяцев. Если бы сегодня эта Сеть была страной, она была четвертой по количеству населения, после Китая, Индии и США. Каждый день в этой Сети появляется свыше 1,500,000 записей (ссылки, новости, заметки, фото) [Социальные сети уже покрыли планету 2009]. Объем мирового интернет-трафика растет также достаточно быстрыми темпами, несмотря на экономический кризис, и в 2009 г. увеличился на 79% [Труханов 2009].

Если проанализировать объем увеличения сетевого контента, то в 2009 г. в Интернете появилось 47 млн. новых сайтов, к декабрю 2009 году уже насчитывалось 234 млн. сайтов; из них 81,8 млн. были в домене .COM, 12,3 млн. –  в домене .NET, 7,8 млн. – в домене .ORG, 76,3 млн. находилось в национальных доменах верхнего уровня [Там же]. В 2009 г., несмотря на начавшийся кризис глобальной экономики, цифровая вселенная выросла на 62% и ее размеры приблизились к 800 000 петабайт. Если это показывать графически с помощью лазерных дисков, то из того их количества, которое бы понадобилось для записи указанного объема информации, можно было бы сложить лесенку, которая дотянулась с Земли до Луны и обратно. В 2010 г. Интернет расширился до 1.2 000 000 петабайт или 1.2 зетабайт. Такой экспоненциальный рост Сети может привести к тому, что к 2020 г. объем цифровой вселенной станет в 44 раза больше чем сейчас, т.е. наша лесенка из лазерных дисков в длину может сравняться с половиной пути расстояния уже до Марса [Digital Universe Study iView content 2010].

Что касается скорости и количества коммуникаций, реализуемых через Интернет, то только в 2009 г. с помощью такого интернет-сервиса как, электронная почта, было разослано 90 трлн. почтовых сообщений, т.е. 247 млрд. сообщений отправлялось в среднем ежедневно, а количество пользователей этого сервиса насчитывает на сегодня 1,4 млрд. Таким образом, в сравнении с 2008 г. количество пользователей электронной почты во всемирном масштабе увеличилось за год на 100 млн., однако 81% почтовых сообщений составляет спам, т.е. количество спама в Сети за год выросло на 24%, что свидетельствует о повышении уровня дисфункциональности сетевых сервисов [Internet Forrester Research 2010].

Следует заметить, что степень социализации Сети значительно усиливается в связи с появлением в XXI веке широкополосного Интернета и технологий, называемых веб 2.0, т. е. когда стали реальными быстрая синдикация, классификация и коллективный мгновенный доступ практически к любому количеству сетевых ресурсов для неограниченного количества пользователей. Именно технологии широкополосного Интернета (без которых пользование, например вторым вебом, является практически невозможным) стремительно начинают видоизменять как социальные коммуникации, так и тактики и стратегии работы людей, реализуемые через Сеть [Харгадон 2008]. На таком популярном сервисе второго веба как микроблоггинг Twitter каждый день появляется 27,3 млн. новых записей. Голливудский актёр Эштон Катчер (муж Деми Мур) и телеведущая Элен ДеГенерес имеют большее количество «последователей» (подписчиков на их счете на Twitter, чем население таких стран, как Ирландия, Норвегия и Панама вместе взятых, а 80% подписчиков Twitter установили данный сервис на своих мобильных телефонах, отправляя и принимая twit-сообщения через службу мгновенных сообщений (смс) где и когда угодно [Twitter, Global Impact and the Future Of Blogging - 2010]. На настоящий момент «движок» (разг.) Technorati (одного из самых мощных поисковых сервисов блогосферы) ищет информацию примерно среди 126 млн. блогов [Gunelius 2010], а всего в Интернете их к настоящему моменту существует около 200 млн. и 54% блоггеров публикуют в сети Интернет информацию ежедневно [Какие социальные медиа вы используете? 2010]. На популярном видеофайлообменнике YouTube обрабатывается ежедневно около 1 млрд. обращений к этому ресурсу. Он стал второй по популярности поисковой системой Интернета (после Google), содержащей на сегодня 100.000.000 видеороликов. Пользователи YouTube из США смотрят в среднем на этом ресурсе 182 ролика в месяц.

Заметим, что весь второй веб стал возможен благодаря так называемому широкополосному Интернету, доступ к которому сейчас есть только у 3,5% жителей Земли [Internet User Statistics & Population for 52 European countries and regions 2010].

Показатели развития широкополосного Интернета в стране крайне важны для социальных исследований и оценке влияния Интернета на общество, т.к. именно широкополосной Интернет дает развитие, например, программным технологиям второго веба, которые на сегодняшний день являются самым мощным средством социализации человека в Сети. Благодаря инструментарию веб 2.0 каждый пользователь, во-первых, имеет возможность стать творцом контента, а не пассивным потребителем информации в Интернете, во-вторых, получает практически бесплатный доступ к любым презентационным и коммуникативным веб-инструментам (блогам, википедиям, социальным сетям, различным файлообменникам), позволяющим не только связаться с неограниченным количеством пользователей, но и создавать любое виртуальное сообщество, а также размещать или создавать в Глобальной паутине любые необходимые материалы.

И эта кардинальная смена в принципах взаимоотношений «человек-компьютер» затронула многие виды деятельности и форматы коммуникаций, стремительно распространившись из сферы общедоступных социальных сетей для повседневного общения на все виды дискурса – от политического и религиозного до образовательного, научного и бытового. В 2009 г. такие проекты второго веба, как социальные сети Facebook и MySpace, вошли в топ-список пяти самых посещаемых сетевых ресурсв, заняв, соответственно, 3 и 5 место в нем. В конце мая 2010 г. в сервисе микроблоггинга Twitter появилось 15-миллиардное сообщение.

Согласно исследованию компании Nielsen, 75% интернет-пользователей являются читателями блогов и посетителями сайтов социальных сетей [Баловсяк 2010]. В среднем в апреле 2010 г. пользователи потратили на эти сайты более 6 часов в месяц. Это составляет 22% общего времени, проводимого в  Интернете. За год аудитория социальных сетей и блогов увеличилась на 24%, а количество проводимого времени на этих сайтах выросло на 66%. Авторы исследования отмечают особенно активный рост популярности Facebook – этот сервис стал третьим по популярности сайтом в Интернете, а аудитория его составляет на данный момент 54% всех пользователей Сети.

2. Рунет в цифрах

Если же перейти к российским реалиям и посмотреть на развитие сети Интернет в России, то на сегодняшний момент, по данным InternetWorldStats, к июню 2010 г. в России насчитывалось 59,700,000 интернет-пользователей, таким образом, проникновение Глобальной паутины в этом регионе мира показывает 42.8%. При этом количество пользователей социальной сети Facebook насчитывало на конец августа 2010 г. всего 1.592.680 человек, что свидетельствует, что всего 1.1% населения России пользуются этим самым популярным в мире интернет-сервисом [Europe Internet Stats 2010].

Что касается развития доменов национального уровня (RU), то своего двухмиллионного рубежа он достиг в марте 2009 г., т.е. к своему 15-летнему существованию [Лебедев и др. 2010, с.8].

В отношении аудитории Интернета в России и её предпочтений, или того, сколько времени среднестатистический пользователь Рунета проводит в Сети и что ищет, то по будням большинство россиян тратят одинаковое время на просмотр телепрограмм и выход в Интернет [Там же, с.17]. Среди самих любимых занятий россиян в Интернете – чтение новостей и поиск информации, затем «стоит» размещение фото и видеоматериалов, а также сетевой шопинг [Там же, с.18]. Шестнадцать млн. человек – ежедневная аудитория Рунета, которая приносит прибыль около 120 млн. рублей его владельцам. Популярнее всего Интернет в России у молодежи в возрасте 18 до 24 лет. Ежемесячная аудитория социальных сетей выросла к 2010 г. до 24.8 млн. человек; хотя бы в одной из социальных сетей открыли себе аккаунт 92% рунетчиков [Там же, с.27].

Объем контента в Рунете также стремительно растет и к концу 2009 г. российские поисковые системы индексировали 8.7 млрд. страниц, а поисковый рынок России считается самым быстрорастущим в мире, первенство на нем держит поисковая система Яндекс, а затем «идут» Google и Mail.ru [Там же, с.31].

Примечательно, что в кризисный 2009 г. Интернет остался единственным медиа, которое показало рост как с точки зрения увеличения количества рекламы, так и аудитории своих пользователей, особенно быстрыми темпами развивался в России в этот период мобильный Интернет [Там же, с.53].

При этом перспективными трендами Рунета считается развитие видео-сервисов, социальных медиа и игр наподобие «Веселого фермера». Одним из приоритетов является и дальнейшее развитие широкополосного Интернета, особенно в регионах и сельской местности, а темпы проникновения Интернета в России таковы, что к 2012 г. страна может войти в топ-пятерку государств с наибольшим количеством интернет-пользователей в мире [Там же, с.77].

3. Национальные сегменты сети Интернет

С развитием Интернета и его распространением в мировых масштабах становится актуальным вопрос об определении границ национальных сегментов Сети. И здесь появляется много проблем, т. к. измерить границы виртуального мира оказывается намного сложнее, чем реального. Ряд исследователей Сети (в особенности представители гуманитарного знания) считают, что по этому вопросу существует сильная размытость определений и понятий. На настоящий момент имеется несколько способов по выделению национальных сегментов сети: языковой, технологический и административный [Шмидт 2009, с.177].

Так, «русский» Интернет можно определить как:

·  все русскоязычные веб-сайты;

·  все русскоязычные коммуникативные потоки (включая электронную почту и т.д.);

·  все URL домена .ru или .рф.;

·  все пользователи, проживающие в России; все русскоязычные пользователи в мире в целом [см. также Bruchhaus 2000; Перфильев 2003].

Некоторые из этих определений включают, например, русскоязычную диаспору, некоторые – нет. Однако дать строгое определение границам Рунета скорее всего невозможно, но этого и не требуется, как указывают С. Шмидт, К. Тойбинер и Н. Цуравски, которые в своей работе, посвященной русской диаспоре в Сети, приводят мнение одной из культовых личностей Рунета, известного сетевого литературоведа Романа Лейбова, отрицающего не только существование строгих определений при анализе Интернета, но даже саму потребность в них: «Русское – то, что осознается как русское. Мы можем даже набросать примерную типологию, на которой наше (чье наше?) сознание основывается, причисляя тот или иной ресурс к «русским». Но она в любом случае не объяснит всех причуд этого самого сознания. В общем, я предпочитаю оставлять вопрос открытым, поскольку нечеткость, размытость понятия «русский Интернет» вполне соответствует нечеткости объекта» [Шмидт 2009, с.178].

Считается, что наиболее целесообразным для гуманитарных исследований сети Интернет является языково-центрический признак выделения национальных сегментов, т.к. именно язык является системообразующим признаком сети Интернет как социального пространства [Горошко 2010].

На сегодня картина с распространением языков в Интернете выглядит таким образом:

Рисунок №1. Топ-рейтинг языков в Интернете

(В схеме исправить на Russian) (не могу, лучше посоветоваться с издателями как вставить, т.к. схема – уже целостный рисунок, сделанный не мной, и это – ошибка редакторов сайта)

Как видно из приводимой схемы, русский язык занимает девятое место в Интернете. Им пользуется 59.7 млн. пользователей сети [Internet World Users by Language. Top 10 Languages 2010]. Однако если учесть, что многие интернет-ресурсы существуют в нескольких языковых версиях, то становится неизбежным пересечение и наложение границ национальных интернет-сегментов, что противоречит самой логике сегментации и демаркации границ географического пространства.

Таким образом, при описании национального сегмента сети, в зависимости от функциональной задачи исследования в основу сегментации интернет-пространства и выделения национальных секторов, можно положить языковой фактор, и тогда следует говорить о русскоязычном Интернете (Рунете), украиноязычном Интернете (Уанете) или англоязычном (Инете), точно следуя мысли Л. Витгенштейна: «Границы моего языка – это границы моего мира».

Можно положить в основу выделения и юридический принцип, и тогда доменные имена с совокупностью IP-адресов пользователей, а также сетей, проходящих по территории страны, будет демаркационным признаком при описании Рунета и определении его границ.

В социальных исследованиях Сети возможно «отталкиваться» и от пользователе-центрических методов, и тогда в основу выделения национального сегмента может быть положено понятие аудитории Интернета. Однако тогда возникает вопрос о русской диаспоре в сети Интернет, и с русскоязычными посетителями из СНГ сайтов, зарегистрированных в доменной зоне RU, и некоторые другие проблемы [Шмидт и др. 2009], решение которых связано как с будущим развитием самого Интернета, так и с конкретными задачами, которые ставит себе каждая дисциплина, изучающая Интернет, или отдельное конкретное исследование. Очевидно, что для лингвистического анализа языково-центрический подход будет основополагающим.

4. К уточнению термина «Интернет»

Необходимо отметить, что на глобальное осознание того, во что со временем превратилась американская военная сеть ARPANET, потребовалось более четверти века. Поэтому и первое точное определение термина «Интернет» было дано лишь на 26-м году существования Сети, а именно в октябре 1995 г. Федеральным Сетевым Советом США после консультаций с рядом сетевых экспертов и специалистов по ИКТ. В этом определении подчеркивалось: «Интернет - это часть глобальной информационной системы, которая: логически связана с ней унитарным адресным пространством, основанном на IР-протоколе или на его перспективных расширениях; может поддерживать коммуникации, используя Transmission Control Protocol/Internet Protocol (TCP/IP) или его расширения и/или IР-совместимые протоколы; предоставляет, использует или делает доступными (для всех или конфиденциально) сервисы высокого уровня, основанные на коммуникациях и связанной с ними инфраструктуре, здесь определенной» [Голышко 2000, с.71].

В 2001 г. в новом интернет-законодательстве США (англ.: Internet Freedom and Broadband Deployment Act of 2001) определение термина «Интернет» было уточнено таким образом: «Интернет означает совокупность неограниченного числа компьютеров и различных телекоммуникационных составляющих, включая оборудование и управляющее программное обеспечение, которые, будучи соединенными, составляют всемирную Сеть. Эта Сеть использует протоколы TCP/IP (или какие-либо предыдущие или последующие их версии) для передачи информации любым образом посредством кабелей/проводов или радио» [Internet Freedom and Broadband Deployment Act of 2001].

Как видно по приводимым определениям, в них, прежде всего, подчеркивается технологическая составляющая Сети. Однако существуют и более «гуманитарные» определения. С социально-философских позиций, Интернет определяется как особый феномен, который основывается на сетевых принципах обмена информацией, «…интерактивности коммуникационных взаимодействий, новых способах моделирования объективной реальности, новых технологиях передачи информационных потоков и принципиально новой технике — персональных компьютерах» [Скородумова 2004, с.102].

А. В. Соколов с точки зрения теории коммуникаций выводит следующие дефиниции Интернета, которые вытекают из его трех функций. Так, Интернет является глобальным коммуникационным каналом, который обеспечивает передачу мультимедийных сообщений по всему миру (коммуникационно-пространственная функция), он является и общедоступным хранилищем информации (коммуникационно-временная функция), а также вспомогательным средством социализации и самореализации личности и социальной группы (коммуникационно-социализирующая функция) [Соколов 2002, с.208]. Исходя из функций Интернета, Соколов дает обобщенное определение этому термину: «Интернет — глобальная социально-коммуникационная компьютерная сеть, предназначенная для удовлетворения личностных и групповых коммуникационных потребностей за счет использования телекоммуникационных технологий» [Там же, с.208-209].

И. Н. Казанская, уточняя социальные функции сети Интернет, классифицирует их таким образом: информационная, коммуникационная, репрезентативная, конструктивистская или преобразующая функция сети Интернет и реабилитационная [Казанская 2007, с.145-147]. По мере роста сети Интернет и её постепенного превращения в средство глобальной коммуникации на одно из первых мест по значимости стала выходить консолидирующая (интегрирующая) функция, способствующая интенсивной социализации людей и возникновению новых социальных групп (виртуальных сообществ).

Ю. М. Кузнецова и Н. В. Чудова, определяя психологический феномен Интернета и его функциональные особенности, рассматривают Интернет как среду интериоризации (как пространство эксперимента и пробы, а также как этапа внешне опосредованного преобразования картины мира) и как среду экстериоризации личности (проблемы психологического содержания) [Кузнецова, Чудова 2008].

Т. Ж. Бальжирова, описывая Интернет с точки зрения социологии коммуникаций, подчеркивает, что Сеть представляет собой рукотворную, информационную и социопсихоантропологическую составляющую жизненного контекста человека [Бальжирова 2003, с.37]. С её точки зрения, Интернет как средство социальной коммуникации выявляет три основные дихотомии: активность/пассивность социального субъекта информационного мира; разорванность/гармоничность социального бытия человека в информационном обществе и противоречивость/согласованность содержания социального влияния в информационном мире [Там же, с.53].

Теоретический анализ работ по исследованию как феномена Интернета, так и коммуникативного пространства, возникающего на его основе, показал, что здесь можно выделить несколько подходов к его изучению.

В рамках первого подхода Интернет рассматривается как новый социальный исследовательский объект, а основной задачей этого направления является составление социальных прогнозов развития сети. В этом направлении Интернет представлен, прежде всего, как информационное хранилище, некий мировой разум, технологический фронтир. Он мыслится как единое информационное пространство, как определенная материализация ноосферы. При этом считается, что по мере развития Интернета – роль технологий, знания и информации возрастает, что инициирует изменения в общественном устройстве. В этом подходе информация и технологии являются определяющими и системообразующими субъектами нового типа общественного устройства (Д. Белл, М. Порат, Э. Тоффлер, Т. Стоуньер, А. Рунов, Е. Путилова).

Вторая группа исследований связана с изучением сетевой природы современного общества, основанного на интернет-технологиях. В отличие от первого направления, в котором делаются прогнозы относительно общественного развития, во втором подходе объектом изучения чаще всего становится уже существующее общество, а предметом – преобразование основных социальных институтов в сетевые структуры и изменения в социальном устройстве общества, инициированные этими процессами. В парадигмальных рамках этого подхода Интернет определяется через коммуникативные свойства: он делает возможным реализацию сетевых связей любой сложности, что является отличительной чертой Интернета как частного коммуникативного института (М. Кастельс, А. Неклесс, А. Биккулов, А. Родионов, А. Чистяков, Д. Кутюгин, Т. Бальжирова).

Третья группа исследований сосредотачивается на теориях виртуализации, и, прежде всего, виртуализации социального (А. Бюль, М. Вейнстейн, Д. Иванов, А. Крокер, М. Паэтау). Интернет здесь рассматривается как виртуальный аналог или образ мира. Интернет является именно тем универсальным коммуникативным пространством, в котором запускаются механизмы виртуализации социальности. В рамках этого направления виртуальность – неизбежный социальный эффект новых коммуникационных технологий, т.е. здесь Интернет рассматривается как социальный феномен, как виртуальная среда, в которой сетевые связи очевидны и широкодоступны. Опосредованная интернет-технологиями виртуализация социальной реальности, существенно её трансформирует и, в конечном счете, превращает её в новую, не существующую ранее действительность.

Четвертое направление работ в области изучения Интернета основано на постмодернистских концепциях видения и понимания современного общества. Здесь Интернет мыслится как виртуальная агора, один из незавершенных проектов постмодерна (Дж. Адамс, Дж. Айткен, В. Емелин, Е. Войскунский, Л. Компанцева, А. Маркхем, Л. Шедлетски). Глобальная Сеть часто представляется и как некий электронный фронтир, метафорически обозначаемый как киберпространство (Дж. Джонс, С. Маршалл, Г. Рейнгольдс). В концептуальных рамках этого направления при описании феномена Интернета используются такие понятия как ризома (Ф. Гваттари), интертекстуальность (Ю. Кристева), хаосмос (Дж. Джойс), паратема (М. Фуко). Во всех постмодернистских подходах к описанию Интернета при его определении усиленно используются приемы гиперболизации, аналогии и метафоризации. Здесь считается, что критерием для оценки теории должно служить не ее абсолютное соответствие истине, а продуктивность и сила работающих в социальном пространстве метафор, их объяснительная сила, а также способность генерировать новые точки зрения и постановку задач (Е. Войскунский, А. Звонкин, А. Маркхем).

Пятый подход в изучении Интернета и интернет-технологий основан на идее глобального сверхобщества, которое представляет абсолютно новый (ранее не существовавший) его тип, где сеть Интернет является его обязательной составляющей. Этот подход получил название генетически-функционального [Казанская 2007, c.135]. В нём Интернет выступает как средство, которое делает возможным глобализацию информации, коммуникации, образования и экономики, действия и образов. Исследователи, работающие в рамках этого направления, утверждают, что без Интернета глобализация современного общества практически была бы невозможна и нереальна. Интернет неотъемлемо (в автор. формулировке генетически) встроен в современное информационно-коммуникативное общество, являясь непременной базовой составляющей возникающего на его основе нового сверхобщества (И. Казанская, С. Тихонова). Это сверхобщество аккумулирует в себя все остальные социальные модели развития (постиндустриальное, информационно-коммуникативное, сетевое, виртуальное) в условиях всё усиливающихся процессов глобализации мирового пространства. Интернет, возникнув одновременно с зарождением этого сверхобщества, сопровождает его распространение и развитие глобально, по всему миру. Исходя из сказанного, полагают, что Интернет является его системообразующей чертой, без которой невозможно само общество. В рамках генетико-функционального подхода Интернет изучается через анализ его социальных функций в определенном типе общества. Одновременно четко выраженные специфические свойства, качества и характеристики Интернета, обусловливающие сочетание эффектов групповой и межличностной коммуникации, представляют собой уникальное явление, которое становится эффективным средством организации социального взаимодействия как в глобальном, так и национальном масштабе.

Однако существуют и другие подходы в изучении Интернета. Так, выделяют два глобальных направления в научном описании данного феномена: онтологизаторский (согласно которому развития ИКТ приводит к формированию особой онтологической реальности) и феноменологический (когда не предполагается, что интернет-реальность обладает онтологическим статусом, а скорее рассматривается как производный феномен каких-либо других сущностей) [Журавлева 2004; 2007; Скородумова 2004]. Согласно онтологизаторскому подходу Интернет представляет продолжение реальности (виртуальная реальность, социальная виртуальная реальность) или её отражения, тем самым признавая полионтичность бытия, так и с точки зрения особой ни с чем не сравнимой реальности. При этом у Интернета как особой формы бытия существуют свои пространственно-временные характеристики. Однако в рамках данного подхода остаются пока без ответа вопросы о критериях интернет-реальности и о статусах событий в интернет-пространстве.

В феноменологическом направлении считается, что интернет-реальность является производной от других сущностей. Интернет здесь рассматривается как некая коммуникативная среда, проявляющая себя как качественно новый уровень (состояние) бытия, поддерживаемого соотносящимся с ним новым уровнем сознания. Здесь интернет-среда предстает как особый мир областей общих значений, пространство бытия особой формы социальности [Журавлева 2007, с.390]. При этом как в первом, так и во втором направлении мир Интернета воспринимается как  окружающая человека в сети Интернет действительность, которая обладает рядом системных свойств: она глобальна, едина, непрерывна, искусственно создана, нелинейна, является результатом коллективной распределенной деятельности, структурируется критериями человеческой целесообразности, антропоцентрична, в ней сглаживаются или видоизменяются пространственно-временные рамки [Там же].

При этом к настоящему моменту развития интернет-студий считается, что гуманитарное изучение Интернета требует междисциплинарного подхода, поскольку он не может быть адекватно описан в рамках отдельной дисциплины или частного подхода [Войскунский 2003; Markham 2009]. Действительно, Сеть, как указывает А. Е. Войскунский, — это и комплекс распределенных в пространстве технических объектов (что позволяет ставить вопросы о его географии или экономике); и корпус организованных в виде гипертекста текстов (исследуемых с позиций лингвистики, информатики и прочее); и объединение активно действующих людей, что является объектом социологического, психологического, политического или педагогического анализа, и комплексная система, требующая философского осмысления, и своеобразная попытка реализации технических и социальных договоренностей в глобальном смысле (предмет для анализа с правовых и исторических позиций глобалистики) и многое другое [Там же, см. также Кузнецова, Чудова 2008].

Естественно, что в гуманитарных исследованиях Интернета особое внимание уделяется его «социальному» измерению: культурным, языковым и психологическим особенностям взаимодействия, закономерностям формирования и характеристикам функционирования виртуальных групп и сообществ, принципам самовыражения личности и изменению виртуальной идентичности, стереотипам создания и восприятия социальных объектов, стратегиям осуществления познавательной и любой иной деятельности в сети Интернет, перспективам переноса в реальную деятельность приобретенных в виртуальной реальности навыков и умений, и некоторые другие проблемы. Следовательно, это всё разнообразие в осуществлении социальных функций невозможно без функционирования языка в Сети, которая является системообразующей характеристикой Интернета как глобального социального явления.

Таким образом, от достаточно технологичного определения Интернета по мере того, как сама система – глобальная совокупность разрозненных сетей получала все новых и новых своих пользователей - всё чаще стали говорить о растущем значении Интернета как основы развития информационно-коммуникативного общества, как некой особой информационной среды, социального коммуникативного пространства, «…своеобразного всемирного форума, позволяющего объединить усилия на пути к прогрессу» [Путилова 2004, с.38]. Одновременно он предстает и как место реализации языка, которого не существовало в прошлом. А Э. Кролл (автор одного из самых известных в мире учебников по Интернету) замечает, что если попытаться определить Интернет одним словом, то это слово будет «общение». «Общение между отдельными людьми и целыми народами без вмешательства правительства» [Кролл 1995, с.5].

Если рассматривать содержательную сторону Сети, то обычно к ней относятся сервисы Интернета - определенные услуги, поставляемые Сетью. При этом в основе их классификации лежат не только технологические факторы (правила и особенности обмена данными (протоколы)), но и социальные потребности интренет-пользователей, ради которых они создавались и развивались. Социальные свойства и возможности Сети в социологии коммуникаций и в лингвистике Интернета обычно связывают с:

·  возможностью осуществления интеграционных процессов, вытеснения непосредственного человеческого общения искусственными формами социальной коммуникации, приводящими к изменению повседневного социального опыта взаимодействия индивидов и социальных групп;

·  появлением новых видов социальных образований в форме интернет-сообществ;

·  трансляцией знаний, установок, норм и т.п;

·  расширением возможностей обработки, передачи, усвоения информации; реализацией многократного увеличения возможности и скорости осуществления коммуникаций [Путилова 2004, с.51], а также новых форм функционирования языка в пространстве глобальных интернет-коммуникаций [Crystal 2001].

5. Интернет-коммуникация: определение,

структура, основные характеристики

В подходах к определению интернет-коммуникаций и в описании коммуникативных действий человека в Сети нет единообразия в выборе терминологии даже для базового понятия этой области. Ряд авторов называет её компьютерно-опосредованной коммуникацией (Л.Ю. Щипицина, И.Н. Розина), другие обозначают как виртуальный дискурс (О.В. Лутовинова, Л.Ф. Компанцева). Некоторые лингвисты определяют его как электронное общение или коммуникацию (Т.И. Рязанцева, Е.Н. Галичкина). Л.Ю. Щипицина, описывая проблему выбора основного понятия для лингвистического изучения особенностей общения в сети Интернет, приводит такую результирующую таблицу №1:

Таблица №1. Терминология, описывающая

феномен общения в сети Интернет

Термин

Кол-во ссылок, 24.07.2008

Кол-во ссылок, 15.12.2009

Научные работы, в которых используется термин

Базовое слово «коммуникация»

Электронная коммуникация

1 890

4 600

[Смирнов 20046; Горошко 2005; Рязанцева 2010]

Интернет-коммуникация

1 520

6 530

[Горошко 2006]

Компьютерно -

опосредованная

коммуникация

1090

38 900

[Розина 2002; 2005; Раскладкина 2005; Волкова 2007]

Виртуальная коммуникация

1 040

2 410

[Травин 2001; Бергельсон 2002; Потапова 20046]

Компьютерная коммуникация

774

3 730

[Бакулев 2005: 139-146]

Сетевая коммуникация

531

5 660

[Жичкина, Белинская 1999; Обухов 2008]

Базовое слово «дискурс»

Компьютерный дискурс

207

1 470

[Леонтович 2000; Галичкина 2001; Кондратов 2004]

Сетевой дискурс

211

790

[Моргун 2002]

Виртуальный дискурс

170

1 240

[Лутовинова 2007; Компанцева 2006; 2007]

Интернет-дискурс

128

515

[Компанцева, 2004; Громова, 2007; Егорова, 2008]

Электронный дискурс

97

498

[Аврамова 2004; Соколинская 2004]

Компьютерно медийный дискурс

4

8

[Ковальская 2003; Коретникова 2006]

(Приведено по [Щипицина 2010, с.32]).

Л. Ю. Щипицина приходит к выводу, что количество разнообразной терминологии для обозначения феномена общения человека в сети Интернет постоянно увеличивается. Автор склонен объяснять это увеличение за счет усиления значимости Интернета и общения с его помощью в жизни человека [Там же, с.33]. Однако я думаю, что такое разнообразие в терминологии относительно базового объекта изучения, может быть объяснено и влиянием других факторов:

·  рамками лингвистического направления, в котором осуществляется то или иное исследование;

·  влиянием английского языка, на котором были написаны первые работы в этой предметной области и где уже достаточно долго существует термин computer-mediated communication [Горошко 2008; Горошко 2009а; Щипицина 2010];

·  акцентуацией исследовательских задач в описываемой предметной области (так, Т. И. Рязанцева указывает, что термин электронная коммуникация чаще употребляется тогда, когда исследователь хочет подчеркнуть влияние канала передачи сообщения и роль Интернета в речевой практике [Рязанцева 2010а, с.182]), и некоторыми другими факторами [Там же, с.32-37].

Замечу также, что терминологические различия не являются установившимися. Многие перечисленные термины используются как взаимозаменяемые понятия. Однако моя авторская позиция сводится к следующему. Во-первых, в обозначении описываемого феномена присутствует описательная (выражаемая с помощью имени прилагательного или существительного) и констатирующая часть (которая выражается именем существительным). В описательной части, как правило, употребляются такие прилагательные или существительные: электронный, виртуальный, цифровой, дигитальный, сетевой, интернет, компьютерно-опосредованный. В констатирующей части можно встретить существительные коммуникация (самое распространенное), общение и дискурс. Подчеркну, что термин дискурс чаще употребляется в исследованиях, где изучается более деятельностная сторона общения через компьютер, тогда как термин электронная коммуникация употребляется чаще в исследованиях, посвященных выяснению влияния технологий на коммуникативный процесс и их последствий. Л. Ю. Щипицина также указывает, что понятие коммуникация «…непосредственно-связано с (техническим) каналом общения, следовательно, оно более предпочтительно в качестве базового при изучении общения в новой коммуникационной среде. Термин же дискурс вполне можно применять в тех случаях, когда речь идет о конкретной сфере деятельности коммуниканта, причем, не обязательно компьютерно-опосредованной. В результате мы предлагаем говорить об устной, письменной, печатной, компьютерно-опосредованной формах коммуникации, которые обслуживают персональный, научный, деловой, медицинский и другие виды дискурсов» [Там же, с.34].

Что касается различий между терминами общение и коммуникация, то считается, что за первым из них в основном закрепляются характеристики межличностного взаимодействия, а термин коммуникация имеет более широкое значение, которое включает и описание процессов информационного обмена в обществе. На этом основании общение представляет собой социально обусловленный процесс обмена мыслями и чувствами между людьми в различных сферах их познавательно-трудовой и творческой деятельности, реализуемый главным образом при помощи вербальных языковых средств. В отличие от него коммуникация — это социально обусловленный процесс передачи и восприятия информации как в межличностном, так и в массовом общении в различных дискурсах (от персонального до институционального) по разным каналам при помощи различных вербальных и невербальных языковых средств.

На использование этих двух терминов сильно влияют и рамки дисциплины, в которых ведутся исследования, а также англоязычный научный дискурс, где нет вообще четкого противопоставления между этими двум терминами, а существует только термин communication. Существует точка зрения, что базовой категорией является коммуникация, которая между людьми протекает в форме общения как обмен знаковыми образованиями (сообщениями). Но существует и противоположная трактовка соотношения понятий «общение» и «коммуникация», в которой основной категорией считается общение, а в структуре последнего выделяются коммуникация (обмен информацией), интеракция (организация взаимодействия и воздействия), перцепция (чувственное восприятие как основа взаимопонимания). При этом коммуникация выступает своего рода посредником между индивидуальной и общественно значимой информацией. В обоих случаях, несмотря на внешние различия, основной упор делается на механизм, который переводит индивидуальный процесс передачи и восприятия информации в социально значимый процесс персонального и массового воздействия [Грушевицкая и др., 2002, с.55-56].

Что касается использования прилагательных сетевой, цифровой, электронный, дигитальный и т.д., то все они подчеркивают сущностные особенности, роль и/или характеристику именно коммуникативных каналов, по которым протекает коммуникативный процесс.

Я полностью разделяю позицию Е. А. Земляковой, которая считает, что «понятия «электронная», «компьютерная» и «интернет-коммуникация» связаны между собой гиперо-гипонимическими отношениями» [Землякова 2010, с.8]. Так, электронная коммуникация представляет коммуникативное взаимодействие, опосредованное электронным каналом. Этот термин является наиболее широким понятием и включает в себя понятие «компьютерная коммуникация» (коммуникативное взаимодействие, осуществляемое с помощью компьютера, в предметную область которого входит понятие «интернет-коммуникация» – вербальное и невербальное взаимодействие коммуникантов в сети Интернет) [Там же, с.8-9]. Этого определения я и придерживаюсь в рамках данной работы.

Что же такое интернет-коммуникация?

Наиболее удачным представляется определение И. Н. Розиной, которая рассматривает интернет-коммуникацию как использование людьми электронных сообщений (чаще мультимедийных) для формирования знаний и взаимопонимания в разнообразных средах, контекстах и культурах [Розина 2005, с.32]. На мой взгляд, в данном определении учитываются такие важные составляющие этого процесса, как цели коммуникации (правда, в реальности цели шире и включает реализацию ряда интернет-функций: презентационную, релаксационную, коммуникативную, консолидирующую и прочее); характер средства связи (электронный), форму представления информации (мультимедийная); человеческую составляющую этого процесса, а также охват различных форм социальной коммуникации.

С. В. Бондаренко считает интернет-коммуникацией, или виртуальным общением, опосредованное компьютером общение двух или более лиц, характеризующееся невидимостью коммуникантов, письменной формой посылаемых сообщений, возможностью незамедлительной обратной связи, а также взаимодействием или обменом электронными сообщениями или же взаимным обменом и правом доступа к информации, хранящейся в компьютерах коммуникантов [Бондаренко 2004, c.181]. Однако приводимое здесь определение С. В. Бондаренко, на мой взгляд, является неполным, т.к. оно исключает из рассмотрения канал передачи информации – Интернет, и неточным, т.к. развитие скайп-технологий делает, например коммуникантов видимыми в сети, а форма сообщения может быть не всегда письменная.

Одно из самых «свежих» и полных определений этого явления было предложено Л. Ю. Щипициной, которая, базируясь на существующих определениях коммуникации в целом, а также на определениях компьютерно-опосредованной коммуникации, считает, что интернет-коммуникация «…представляет собой один из исторических этапов в развитии коммуникационных средств и существует наряду с неопосредованным (устным) общением, общением, опосредованным бумажными носителями (рукописным и печатным, включающим непериодические издания (книга) и периодические (газеты, журналы)), а также общением, опосредованным электронными приборами (факс, радио, телевидение)» [Щипицина 2010, с.41; Schmitz 2004, с. 58].

На настоящий момент существует несколько классификационных основ для структурированного описания этого типа коммуникации, однако наиболее распространенная классификация базируется на количестве человек, участвующих в этом общении. В зависимости от этого выделяют следующие типы интернет-общения:

·  от человека - к компьютеру;

·  от одного (человека) – к одному;

·  от многих – к одному;

·  от одного - ко многим;

·  от многих – ко многим [Бондаренко 2004, с.157].

Однако существуют и другие классификации. Так, в зависимости от типа субъектов, с которыми осуществляется интернет-коммуникация, различают:

·  общение реального субъекта с реальным партнером (электронная почта, группы новостей, ICQ и другие интернет-пейджеры, SMS-сообщения, дискуссионные форумы, электронные рассылки и т.д.);

·  общение реального субъекта с субъективированным объектом как иллюзорным партнером (взаимодействия с почтовыми роботами, компьютерные игры, веб-сайты и т.д.);

·  общение воображаемых партнеров (взаимодействие компьютерных интеллектуальных агентов, взаимодействия с DNS-серверами и т.д.) [Там же, с.198].

При этом коммуникативные взаимодействия в интернет-среде могут оцениваться по самым различным параметрам: по географическому ареалу участников коммуникации (локальные сети, сети Интранет, национальный сегмент глобальных телекоммуникационных сетей общего пользования и т.д.); по типу используемых средств коммуникации; по тематике взаимодействий; по характеру информационного наполнения (личные, официальные, рекламные и т.д.); по форме обращения (персонифицированные или обезличенные); по степени конфликтности (конфликтные, неконфликтные, нейтральные) и т.д. [Там же, с.187].

Подчеркнем также, что в сообществах межличностного взаимодействия, коммуникации могут осуществляться как в монохроническом режиме, при котором доступ к сообщениям имеют только отправитель и ограниченное количество акторов (в качестве примера можно привести электронную и голосовую почту, SMS-сообщения и др.), так и в полихронном режиме. В последнем случае, доступ к сообщению получает неограниченный круг пользователей, и в качестве средств коммуникации здесь могут выступать электронные доски объявлений, гостевые книги и т. д. [Там же, с.200; Смирнов 2003; 2004].

При анализе моделей и форм коммуникативных взаимодействий в Интернете, осуществляемых акторами в рамках социальной структуры, исследователи часто обращают внимание и на характер коммуникативных связей, которые могут быть прочными (сильными), так и поверхностными (слабыми), которые описываются через частоту вступления в контакт, насыщенность содержания контента, продолжительность коммуникативного процесса и сетевых взаимоотношений во времени и прочее [Бондаренко 2004, с.202].

Л. Ю. Щипицина суммирует формы интернет-коммуникации в зависимости от способа кодирования и степени опосредованности общения, представленных в Таблице №2 в Приложении 1.  

По мнению Л. Ю. Щипициной, интернет-коммуникация обладает двумя базовыми особенностями:

·  данная коммуникация использует самые различные способы кодирования сигнала (хотя приоритет принадлежит – визуальному);

·  она имеет аналоги среди некоторых других предшествующих форм коммуникации [Там же, с.43].

Кроме того, Л. Ю. Щипицина к классификационным критериям этой формы коммуникации относит:

·  количество коммуникантов: межличностная (общение коммуникантов), групповая (общение группы людей) и массовая коммуникация (общение одного автора, в том числе, коллективного, с неопределенным множеством коммуникантов);

·  направленность речевого потока: монолог, диалог, полилог;

·  тип коммуникантов по их статусу (персональная и институциональная коммуникация) и по их культурной принадлежности (коммуникация представителей одной культуры или межкультурная коммуникация) [Там же].

Все эти виды коммуникации могут быть непосредственными (устными), опосредованными традиционными средствами (печатью, радио, телевидением и др.) или компьютерно-опосредованными.

Необходимо подчеркнуть, что анализ работ в области изучения интернет-коммуникаций, в т.ч. с позиций лингвистики, показывает, что базовыми, конститутивными характеристиками этой форму коммуникации выступают такие категории: электронная форма существования текста, гипертекстуальность, мультимедийность, интерактивность, синхронность/асинхронность, вариативность количества и эксплицированности коммуникантов [Щипицина 2010, с.59].

Ряд авторов также отмечает, что компьютерное общение характеризуется в определенной степени: отсутствием визуального контакта (т. е. невидимости субъектами коммуникации друг друга); высокой степенью анонимности; слабой социальной регламентированностью вербального поведения, снятием жестких социальных конвенций и культурных границ; добровольностью и желаемостью контактов; затрудненностью эмоционального компонента общения в сочетании со стойким стремлением к эмоциональному наполнению текста как компенсаторной практики [Кузнецова, Чудова 2008, с.60; Донскова 2004].

Сходство между интернет-общением и обычным общением лицом-К-лицу представлено в таблице №3 в Приложении 1.

Исследователи интернет-общения также подчеркивают, что на специфичность этого общения влияет ряд факторов.

Во-первых, неоднородность самой социальной среды Интернета, многообразие его сервисов, что не может не сказаться на способах общения человека в Глобальной паутине.

Во-вторых, создание Интернетом иллюзии свободы, однако эта иллюзорная свобода может регулироваться некоторым сводом норм, нарушение которых порождает непонимание и негативное отношение участников друг к другу.

В-третьих, большая степень анонимности этого общения позволяет преодолевать многие коммуникативные барьеры, связанные с внешним обликом, полом, возрастом и социальным положением его участников. Она дает больше творческой свободы, а также сильно сокращает социальную дистанцию по сравнению с обычным общением.

В-четвертых, практическое отсутствие элементов невербального общения в Сети, что влияет на особенности функционирования языка в Интернете, развивая компенсаторные практики, связанные с заменой или изобретением нечто другого, чтоб компенсировать именно эту сторону общения, в особенности на эмоциональном уровне.

В-пятых, в основном письменный характер коммуникации в Сети, снижает темп общения, являя более медленный способ коммуникации чем устная речь. Благодаря этому обмен информацией становится более интенсивным по отношению содержания текста к объему.

В-шестых, некоторые исследователи подчеркивают и толерантность этого общения, которая потенциально снижает его конфликтность и способствует выработке более гибких коммуникативных стратегий, нацеленных на непосредственное сотрудничество.

В-седьмых, распространение стратегии достраивания (доконструирования) коммуникативной ситуации или образа партнера по общению, усиливает влияние стереотипов и установок, что потенциально может повысить степень стереотипности всего коммуникативного процесса в целом [Одинцова, Антонова 2010, с.41-43].

Все перечисленные выше особенности создают особую уникальную атмосферу Интернета и приводят к возникновению таких феноменов как интернет-аддикция, смена виртуальной идентичности и многое другое, делая сеть Интернет – виртуальной агорой и экспериментальной коммуникативной площадкой XXI века, позволяющей реализовываться самым фантастичным коммуникативным практикам и устремлениям.

Следует также добавить, что анонимность интернет-общения побуждает к игре с личностной самопрезентацией и предоставляет возможность управлять впечатлением о себе, «убежать из собственного тела», способствует психологической раскрепощенности, ненормативности, в большей свободе в выборе высказываний или поступков, в проигрывании ролей и сценариев, которые не могут быть реализованы в реальной жизни.

Своеобразие протекания процессов межличностного восприятия в Интернете приводит к тому, что территориальная доступность и физическая привлекательность теряют свое регулирующее значение, а общение строится благодаря сходству установок, убеждений и ценностей.

Интернет предоставляет также уникальную возможность совместить коммуникацию и авто-коммуникацию: тексты, посылаемые другому, одновременно становятся доступны как адресату, так и отправителю. То, что обычно разнесено во времени и соответственно требует разделения ролей, в Интернете реализуется здесь и сейчас. Авто-коммуникация принципиально меняет психологические условия для пользователя как личности. Так, если коммуникативная система Я-Он обеспечивает лишь передачу некоторого константного объема информации, то в канале Я-Я происходит ее качественная трансформация, которая приводит к перестройке самого этого Я [Wallace 2003, с.26].

Н. Б. Мечковская указывает также, что интернет-коммуникации в целом свойственны такие тенденции:

·  активизация метаязыковой рефлексии;

·  влияние подъязыка ИКТ и ненормативного (субстандартного) варианта языка на общее употребление;

·  экспансия особенностей молодежного сленга и английской терминологии;

·  усиление в стилистике интернет-коммуникации либерально-демократических черт, идущих от неформального разговорно-обиходного общения;

·  стилистическая двойственность интернет-коммуникации, соединяющая одновременно её поверхностную легкость с внутренней усложненностью [Мечковская 2010, с.485-513].

При этом высокая степень анонимности и манипулятивности, а также конструируемости интернет-пространства приводит к постепенному пересмотру его «социальных границ»: публичное может стать приватным, локальное – глобальным, чужое – своим, а личное и потаенное – общественным и доступным практически неограниченному количеству людей [Markham, Baym 2009; Slater 2002; Turkle 2005].

Однако изучая особенности интернет-коммуникаций, необходимо подчеркнуть, что связь между Интернетом и коммуникацией всё же неоднозначна. Эта «неоднозначность» во взаимоотношениях схематически показана в Таблице №4 в Приложении 1.

Л. Шедлетски и Дж. Эйткен подчеркивают также, что интернет-коммуникация интенсифицирует межличностные отношения, что проявляется в социализации и консолидации как отдельных индивидов, так групп и сообществ в целом [Там же, с.238].

Анализ работ по лингвистике интернет-коммуникаций [Горошко 2009] показывает, что, во-первых, относительно Интернета можно говорить об эволюции технологического образования, которое приобрело черты социального пространства, основанного на интеракции и коммуникации. При этом коммуникация и средства ее осуществления (технологии) приобретают в Сети ведущую роль. Формирующееся информационно-коммуникативное общество отличают не только и не столько расширяющиеся возможности накопления и переработки информации, сколько новые формы коммуникации. Возросшая роль общения в Интернете приводит к тому, что сам человек в Сети оказывается практически редуцированным до набора вербальных сообщений, и это не может не сказываться на протекании всех социальных взаимодействий в Сети. Интернет образует особую коммуникативную социальную среду, особое место реализации языка, которое не имеет аналогов в прошлом.

Во-вторых, вербальное общение, выраженное с помощью электронных текстов, является системообразующим признаком Интернета как социальной реальности. При этом роль языка как одного из базовых «инструментов» формирования идентичности в Интернете возрастает вдвойне, что предусматривает всё усиливающуюся значимость именно электронного текстового контента в социальном пространстве Сети: существует однозначная связь между коммуникацией, идентификационными и речевыми процессами.

В-третьих, возникновение информационных технологий, а особенно появление Интернета, привело к изменениям языка, обслуживающего эту сферу. Причем эти языковые изменения столь масштабны и глобальны, что некоторые лингвисты уже говорят о возникновении сетевого, или же электронного языка, в особенности по отношению к англоязычному языковому пространству (см. появление терминов: e-language, e-talk, wired-style, geekspeak, netspeak, Internet language и прочее) [Crystal 2004; 2001, с. 64]. Так, при функционировании языка в Интернете изменения происходят практически на каждом его уровне: от морфологического и лексического в области нетрадиционных способов словообразования, например, интенсивное появление интернет-неологизмов, калькирований, заимствований из английского языка и перенос их в родной язык и прочее, до прагматического (появление норм и правил сетевого этикета), социолингвистического (влияние социальных характеристик пользователей сети или языкового ареала Интернета), лингвокультурологического (создание лингвокультурных виртуальных типажей, образов и личностей) [Лутовинова 2009; Компанцева 2008] и графического (объединение различных графических систем (например, латиницы и кириллицы, возникновение других пунктуационных правил, создание квазиграфических систем, например, квази-кириллицы или квази-латиницы: коро4е или F2F вместо face-to-face (русск.: лицом-к-лицу, непосредственно)) [Донскова 2004].

Однако одно из самых серьезных изменений произошло в формах существования языка: фактически, возникла ещё одна новая разновидность формы речи – устно-письменная [Yates 1996].

Т. И. Рязанцева суммирует в виде таблицы особенности и различия между тремя формами существования языка в нашей жизни (письменной, устной и устно-письменной), последняя из которых возникла только благодаря функционированию языка в пространстве интернет-коммуникаций (см. Таблицу №5 в Приложении 1.)

Необходимо подчеркнуть, что наиболее интенсивно эти изменения затрагивают лексический и графический уровни языковой системы за счет масштабного расширения профессионального словаря для описания постоянно возникающих новых реалий сетевого мира, а также технических возможностей программного обеспечения, обслуживающего Интернет. Этот язык отличает интенсивное использование паралингвистических средств для выражения и описания эмоциональной стороны речи. Это происходит в основном с одной целью – компенсировать каким-либо образом дистантность электронного общения и отсутствие визуального контакта, а также придать ему с помощью «имеющихся подручных средств» выразительность, эмоциональность и насыщенность, которых оно лишено в силу его опосредования электронным каналом связи [Остапенко 2004, с.93]. А полная или почти полная анонимность его пользователей предоставляет невероятные возможности для экспериментов с идентичностью человека посредством языка, а точнее такого продукта речевой деятельности, как текст (ведь это – практически единственное, что может передаваться по электронному каналу (если отсутствует видеосвязь)). Этому функциональному подъязыку свойственна и особая конвенциональность: наличие строго фиксированных правил общения, которые терминологически определяются как сетикет, а также высокая степень ситуационной, временной и технологической обусловленности [Горошко 2009в].

Большое количество исследователей Сети подчеркивают всё увеличивающееся влияние на язык именно интернет-технологий [Мечковская 2009; Рязанова 2010; Щипицина 2010]. Так, Н.Б. Мечковская указывает пять направлений, по которым это влияние сказывается наиболее существенно:

·  Интернет усиливает метаязыковую рефлексию и продолжает увеличивать насыщенность как письменной формы речи, так и устной метаязыковыми значениями;

·  Интернет развивает интертекстуальность и гипертекстуальность, усиливая внутреннюю структурированность текстов и их связи между собой;

·  Интернет усложняет естественный язык: так, значительная изменяется графическая сторона письма за счет увеличения количества знаков и правил их комбинирования; усложняется обычное (устное и письменное) общение; под влиянием интернет-коммуникации появляются новые правила жанрово-стилистической организации речи и речевого поведения, в том числе и за пределами Сети;

·  Интернет заметно усиливает интернациональность общения, а также «демократизирует» развитие литературного языка, что, по мнению Н.Б. Мечковской, «… соответствует долговременным тенденциям социального развития к большей внутренней однородности социумов и проявляется как в растущей нейтрализации социальных различий, так и в усилении космополитических идей и практик» [Мечковская 2009, с.515].

Т.И. Рязанцева добавляет к вышеприведенным характеристикам также явление конвергенции, которая усиленно происходит:

·  между письменной и устной формой речи, что обусловило возникновение новой третьей формы существования языка – устно-письменной;

·  между тематической цельностью сообщения и формальной связностью, т.е. сближение формы и содержания;

·  между отдельными языками и речевыми стилями [Рязанцева 2010, с.224].

Т.И. Рязанцева замечает, что Интернет влияет и на весь коммуникативный процесс общения в Сети, а между участниками этого общения возникают особые отношения, при которых происходит:

·  конвергенция диалога и монолога,

·  конвергенция ролей коммуникантов,

·  размывается дистанция между автором и читателем текста, и текстом как артефактом коммуникативного процесса и дискурсом как выражением коммуникативных стратегий. Постепенно возникает единый пространственно-временной континуум за счет сближения устной и письменной форм речи [Там же].

Обобщая ряд работ по изучению интернет-коммуникации, можно выделить несколько направлений её исследования, а именно изучение:

·  общих тенденций функционирования языка в сети Интернет и их влияние на всю структуру коммуникативного процесса, таких как: усложнение одних и упрощение других речевых средств, связанных с планом выражения, содержания и планом прагматических интенций Интернета, а также конкурирующее воздействие норм письменной и устной речи, что привело к возникновению новой формы речи устно-письменной [Yates 1996]. При этом одной из частных характеристик интернет-коммуникации, как полагает Л. Ю. Иванов, является более высокая дифференциация одних языковых явлений и средств при более диффузном пользовании другими, что наиболее явственно прослеживается на лексическом и содержательно-тематическом уровнях [Иванов 2000, c.44-45], а также [Crystal 2001; Горошко 2008; Herring 2008];

·  жанров и/или дискурсивных форматов Интернета – типических форм речи, представляющих функциональный стиль с определенным перечнем конститутивных признаков [Горошко 2009];

·  коммуникативной обстановки Интернета как с точки зрения пользователей сети, создателей ресурсов, так и со стороны технологий и их взаимного влияния на коммуникативный процесс. Например, сейчас достаточно интенсивно исследуются особенности протекания коммуникативных процессов в сети Интернет, обусловленные использованием определенной коммуникативной платформы (сервиса): в социальных сетях или в микроблогинге (с иллюстративными примерами из Twitter и Facebook) [Sanderson 2008; Tong 2008];

·  особенностей коммуникативных процессов в зависимости от временного фактора [Scott 2007], или ситуационного (анонимности Интернет – общения) [Paulus 2008];

·  воздействия фактора культуры [Segev 2007], или связь между определенными культурными практиками и особенностями поведения пользователей в офф- и онлайне [Turnage 2008; Garret 2008];

·  контента сетевых ресурсов Интернета [Halavais 2008].

Несколько иную классификацию направлений в лингвистике Интернета предлагает Л.Ю. Щипицина [Щипицина 2010, с.22-28]. Так, ученая выделяет пять направлений в этой предметной области: коммуникационное, медиалингвистическое, стилистико-языковое, дискурсивное и жанроведческое. Критериями выделения этих направлений для Л.Ю. Щипициной послужила теоретическая позиция и фокус исследовательского интереса авторов работ. В коммуникационном направлении ученые уделяют особое внимание технической характеристике глобальной паутины как канала коммуникации [Runkehl, Schlobinski, Siever 1998] или его отдельным свойствам [Sager 1997], что позволяет определить специфику интернет-коммуникации как формы коммуникативного взаимодействия, выделенной на основе специфического канала и средства речи. В медиалингвистическом направлении рассматривается работа электронных СМИ в сети Интернет [Кушнерук 2007; Карпова 2008]. Теоретической базой таких исследований обычно служит теория массовой коммуникации или журналистики, как указывает Л.Ю. Щипицина.

В стилистико-языковом направлении используется термин «язык Интернета», а описание этого «языка» осуществляется по языковым уровням (графический, лексический, грамматический) [Иванов 2000; 2001; 2003: Crystal 2001; Трофимова 2004; и др.]. В рамках данного направления авторы изучают отдельные явления лексического или семиотического плана (компьютерный жаргон [Schwalbach 1997; Кутузов 2006], метафоры, представленные в общении в сети Интернет [Markham 2003], средства эмотикона [Witmer 1997], компьютерные термины [Виноградова 2003] и т.п.) или систему таких явлений в интернет-коммуникации в целом [Иванов 2000] либо в конкретном ее жанре [Атабекова 2003; Кузнецова 2008]. В данном направлении описываются и представленные в Интернете функциональные стили (разговорный, научный, официально-деловой, публицистический, художественный) [Трофимова 2004].

Дискурсивный подход предоставляет очень широкий диапазон возможностей по изучению интернет-коммуникации в процессуально-деятельностном ключе [Кондрашов 2004; Компанцева 2008; Лутовинова 2009 и др.]. Предметом изучения здесь становятся дискурсивные стратегии участников интернет-общения [Дьякова 2006; Рыжков 2010], способы конструирования идентичности [Huffacker 2004; Громова 2007], признаки и жанры дискурса [Кондрашов 2004], специфика отдельных разновидностей дискурса в интернет-коммуникации [Варламова 2006; Егрова 2008] и т.д.

В жанроведческом направлении в центре внимания исследователей оказываются общетеоретические вопросы изучения жанров Интернета [Herring 2010; Crowston, Willams 2000; Компанцева 2008; Щипицина 2009 и др.]. В рамках изучения жанров авторов занимают вопросы адаптации теории жанра в применении к Интернету: определение понятий «дигитальный жанр», «экология жанров», «функция» и «структура жанра», а также выявление и обоснование критериев классификации жанров интернет-общения. Жанроведческий подход дает возможность классифицировать все многообразие текстов и коммуникативных практик Интернета, что обусловливает его перспективный характер при изучении пространства интернет-коммуникаций.

При этом Л.Ю. Щипицина признает, что границы между выделенными направлениями довольно условны [Щипицина 2010, с.28], а в исследованиях также могут быть задействованы и полипарадигмальные подходы. Всё чаще появляются и междисциплинарные работы, объединяющие лингвистический ракурс с ракурсом одной из смежных дисциплин: информатики [Wagner 2002], психолингвистики [Реters 2003], культурологии [Wurtz 2005; Волкова 2007], дидактики [Розина 2005], социологии [Горошко 2009б] и т.д. Эти работы, как правило, направлены на изучение возможностей практического применения результатов собственно лингвистического изучения интернет-коммуникации в создании компьютерных программ, текстов веб-страниц, обучении и других сферах деятельности.

На протяжении нескольких лет говорят также и об интернет-лингвистике – новом направлении языкознания, изучающим функционирование языка в пространстве интернет-коммуникаций [Горошко 2007; Компанцева 2008]. Основной целью этого направления становится описание и объяснение особенностей функционирования языка в Интернете с учетом сложного взаимодействия некоторого открытого множества факторов при изначальной включенности человека в социально-культурный контекст взаимодействия в Сети [Горошко 2007, с.227]. Данное научное направление является направлением интегративного типа, которое соединяет подходы и методологию различных лингвистических дисциплин: социолингвистики, психолингвистики, лингвистики текста, при этом формируя и свой собственный исследовательский инструментарий. Его исследовательским объектом является коммуникативное взаимодействие в глобальной компьютерной сети Интернет, а предметом становятся лингвистически релевантные особенности интернет-коммуникации на различных языковых уровнях: морфологическом, лексическом, синтаксическом, текстовом (на уровне текста или совокупности текстов), коммуникативном (уровне коммуникативной стратегии) и т.д.

Подчеркнем также, что в силу как бурного развития Глобальной паутины, так и самих интернет-технологий, и благодаря тому, что всё большее количество социальных коммуникаций начинает реализовываться и посредством Интернета, постепенно Сеть становится своеобразным социальным и коммуникативным пространством, служащим испытательным полигоном для создания и испытания самых разнообразных речевых стратегий и приемов общения. Сущностные особенности Интернета в социализации пространства состоят в его коммуникативности, интерактивности и обеспечения высокой скорости распространения информационных потоков и обменов, а главные источники влияния на пользователя Интернета - иллюзия моделирования социально-информационного пространства и моментальная обратная связь с коммуникатором. Не менее важно и изменение в интернет-пространстве и временно-пространственных характеристик.

6. Коммуникативное социокультурное пространство интернет-коммуникаций

В социологии коммуникаций под социальным пространством подразумевается форма существования общества и совершения событий в социальном мире. При этом информационное пространство является подпространством социального пространства. Возникающее интернет-пространство является частью этого информационного пространства, а точнее частью репрезентативного информационного пространства. Более того, информационное пространство, включая интернет-пространство, является составляющей виртуального пространства, отличительной чертой которого является манипулирование социальными практиками.

Анализируя новую социальную реальность – пространство интернет-коммуникаций, необходимо также подчеркнуть, что мы опирались на работы по социологии пространства, исследующие вопросы о том, в каком смысле и применительно к каким феноменам вообще можно говорить об их пространственно-временной локализации [Раскладкина 2006]. Считается, что в социальном пространстве одновременно сосуществуют три вида пространств: перцептуальное как субъективное отражение физического пространства; концептуализированное пространство как определенные версии пространства, созданные его акторами, и проживаемое пространство, или пространство репрезентации образов, комплексных символических систем, оно же и пространство сопротивления гегемонии со стороны концептуализированного пространства. Все три подпространства реализуются в социальном пространстве Интернета.

В рамках же социокультурного подхода к анализу интернет-социальности, можно говорить не просто о социальном пространстве, а о социокультурном пространстве, под которым понимают «…специфическую пространственно-временную целостность, являющуюся результатом генезиса и функционирования культуры во взаимосвязи с социальными параметрами» [Естрина 2007, с.14]. Полагают, что, с одной стороны, это понятие обладает достаточной концептуальной целостностью, которая позволяет анализировать механизмы и особенности функционирования социокультурного образования в масштабах трансформационных процессов, но, с другой, данное понятие обладает высокой степенью дискретности, в результате которой оно может быть одинаково результативно использовано в анализе как на микро-, так и макросоциальном уровнях [Там же].

Использование понятия социокультурное пространство позволяет рассматривать действительную реальность как подвижный, но целостный феномен, причем феномен, созданный человеком. В социокультурном пространстве отражается все множество практик и подпространств, создаваемых людьми на настоящий момент. Поэтому само социокультурное пространство можно представить в виде множества полей (подпространств), находящихся в сложном взаимозависимом взаимодействии. Следовательно, определяя социокультурное пространство подобным образом, можно говорить об экономическом, политическом, информационном, этно-религиозном, образовательном и других полях, которые, с одной стороны, являются сферой деятельности тех или иных индивидов, но с другой стороны, создают собственное напряжение условий и традиций, влияющее не только на динамику данного поля, но и ориентирующие другие поля в русле общей социокультурной динамики единого пространства, в рамках которого они функционируют. По П. Бурдье, это будет одновременная вписанность в объективность пространственных структур и в субъективные структуры, которые являются отчасти продуктом инкорпорации объективных структур [Бурдье 1995]. При этом из множества факторов, детерминирующих социокультурное пространство, факторы нематериального, социокультурного порядка будут иметь приоритет.

Однако, анализируя столь сложный социотехнический феномен, которым является Интернет, а также для описания процессов, происходящих в Сети, было бы целесообразно расширить понятие «социокультурного пространства», за счет «привлечения» коммуникативного фактора, учитывая примат именно этого фактора в сети Интернет в последнее десятилетие.

Следует подчеркнуть, что понятие коммуникативное пространство является одним из ключевых в исследованиях любых видов коммуникаций, включая социальные. В социологии коммуникаций коммуникативное пространство видится как некая среда, в которой протекают социальные, культурные, духовные процессы, сопровождаемые непрерывной транзакцией информационных ресурсов [Максимова 2007]. По мнению же В. Я. Проппа, оно представляет собой нестабильный, изменчивый феномен, где сосуществуют и обращены друг к другу субъекты и объекты с их процессуальностью, динамикой, незавершенностью, ускользанием от жестких причинно-следственных связей [Пропп 1928].

Этот термин по своей сути является междисциплинарным и в силу своей широты (междисциплинарности) и неоднозначности он не имеет устойчивого и однозначного определения. Понятие «коммуникативное пространство» используется в большом количестве гуманитарных дисциплин: философии, социологии, психологии, лингвистике, коммуникативистике и прочее. Отличие в трактовке этого термина в разных науках заключается в том, как обнаруживается и с чём проявляется сущность коммуникативного пространства как особой наполненной среды. В социологии сущностное содержание понятия «коммуникативное пространство» трактуется в духе работ Н. Лумана (системная теория коммуникации), Ю. Хабермаса (коммуникативное действие) и рассматривается как аутентичная форма социальной реальности. В коммуникативистике этот термин приближен более к понятию «информационное пространство», которое сформировалось как результат массовых коммуникаций и в котором действуют «законы коммуникативного притяжения и отталкивания» [Максимова 2007].

Необходимо заметить, что социокультурное пространство Сети, выступающее в качестве коммуникативной среды, диктует появление и новой парадигмы взаимоотношений, учитывающей не только разнообразие технических решений, доступных пользователям, но и множественность контекстов взаимодействий, а одной из основных функций (целей) коммуникативной интеракции в Сети является достижение социальной общности коммуникантов, при сохранении индивидуальности каждого из её участников (акторов) [Бондаренко 2004, с.202].

Одновременно возникает вопрос, почему взаимодействия в Интернете могут рассматриваться в качестве элемента его социальной структуры?

Во-первых, в коммуникативных взаимодействиях акторов проявляется непрерывность воспроизводства социальной структуры.

Во-вторых, все интеракции характеризуются тем, что они одновременно уникальны и всеобщи, особенны и сравнимы. Соответственно, их можно анализировать, выделяя типическое для тех или иных социальных отношений.

В интернет-пространстве в процессе социального взаимодействия акторы используют общие символы и постоянно интерпретируют смысл действий через сами действия. При этом люди вступают в процессы коммуникативных взаимодействий в Сети не столько для передачи некоей информации, сколько для установления и поддержания социальных связей.

Следует заметить также, что это пространство выступает как одна из форм существования информационно-коммуникативного общества [Горошко 209б], представляя определенную силовую конструкцию, создаваемую людьми, их социальными, культурными и коммуникативными практиками, которые имеют свое особенное (системное) качество. Одновременно это интернет-пространство представляет некую медиатированную реальность, в которой находятся люди, пользующиеся Глобальной паутиной.

Подчеркнем, что именно Интернет является тем универсальным социокультурным и коммуникативным пространством, в котором запускаются механизмы виртуализации социальности, где виртуальность – неизбежный социальный эффект новых коммуникационных технологий, и прежде всего, самой сети Интернет. Опосредованная интернет-технологиями виртуализация социальной реальности, существенно трансформируя её, в конечном счете, превращает эту социальность в новую, не существующую ранее действительность.

При этом возникающая на основе Интернета новая виртуальная реальность может быть охарактеризована через ряд свойств: порожденность другой реальностью, т.е. всегда существует некая реальность, порождающая виртуальную реальность; актуальность (виртуальная реальность существует только «здесь» и «теперь», пока активна порождающая реальность); автономность (в виртуальной реальности существуют собственные временно-пространственные характеристики, свои законы жизнедеятельности; для человека, находящегося в виртуальной реальности, нет внеположного прошлого и будущего); интерактивность (виртуальная реальность может взаимодействовать со всеми другими реальностями как «онтологически независимая величина»); погруженность (человек может погружаться в ту или иную виртуальную реальность естественным или искусственным путем); нематериальность воздействия и условность параметров (объекты искусственны и изменяемы), а также эфемерность (свобода входа и выхода обеспечивает возможность прерывания и возобновления существования) [Там же].

7. Роль сети Интернет в социальных коммуникациях

Сегодня в эпоху глобальных коммуникаций интернет-общение становится, наверное, самым популярным. Оно аккумулирует в себя громадное разнообразие речевых практик, способов и форматов коммуникации. И постепенно это общение становится Signum Temporis современного общества.

Возможно, самое большое влияние Глобальной паутины можно описать с помощью слова изменение или противопоставление. Некоторые исследователи Интернета описывают вызываемые им изменения с помощью системы парадоксов, а вернее противопоставления между парадоксами общения в сети и их диалектической интерпретацией (см. Таблицу №6 в Приложении 1).

Одновременно существует и ряд парадоксов в личностном общении человека в сети Интернет, приводящих к некоторым когнитивным диссонансам (см. Таблицу №7 в Приложении 1).

Т. А. Бондаренко в диссертационном исследовании «Виртуальная реальность в современной социальной ситуации» указывает, что виртуальная интернет-реальность «… выступает транзитивным полем многовекторной коммуникации и является для человека качественно новой, конструируемой им же средой обитания» [Бондаренко 2007, с.16]. Её влияние имеет активный, преобразующий характер по отношению как к участникам коммуникации, так и к обществу. При этом всё возрастающее влияние виртуальной коммуникации приводит к тому, что она становится одной из форм социальной коммуникации. Одновременно социальная коммуникация становится всё больше виртуальной, - и по сути, и по форме [Там же].

При этом социально-коммуникативная роль Интернета является достаточно многосторонней: он позволяет устанавливать горизонтальные связи в общении между людьми; информация в Сети предлагается к добровольному восприятию; возможность стать участником информационного процесса есть практически у каждого человека; в отличие от многих других СМК Интернет – это средство всестороннего открытого общения [Бальжирова 2003, с.54].

О том, какое место в повседневной жизни современного человека играет интернет-общение, говорит ряд таких фактов: например, к 2002 г. каждый второй европеец договаривался о встречах с использованием электронной почты, а ответ «Я потерял твой электронный адрес...» стал типичной формой пресечения нежелательных контактов. В странах Западной Европы почти каждый пользователь Интернета общается с членами своей семьи и знакомыми через электронную почту [Кузнецова, Чудова 2008; Лунев 2003].

По данным онлайнового опроса, проведенного социологической службой Gallup Organization в 2007 г., 97% респондентов считают, что электронная почта существенно улучшила их жизнь, а 96% опрошенных указали, что Интернет сделал их жизнь счастливее [Кузнецова, Чудова 2008, с.59]. Около половины респондентов (а всего было опрошено 10000 тыс. респондентов, проживающих в европейских странах) получает и отправляет приглашения на различные торжества исключительно посредством электронной почты. Каждый третий при знакомстве дает свой электронный адрес, при этом номер телефона новому человеку дает только 19% анкетированных [Там же, с.59]. Очень часто с помощью Интернета восстанавливаются потерянные связи: для людей, видевшихся последний раз несколько десятков лет назад, сетевые поисковые системы являются единственно возможным способом разрешения этой проблемы [Там же].

В 2010 г. 58% американских интернет-пользователей начинали свой день в Интернете с просмотра электронной почты, 20% – с использования поисковых систем, 11% – с просмотра аккаунта на Facebook и 5% –  с новостных интернет-сайтов [What Do You Check First: E-mail or Facebook? 2010].

Ряд исследователей указывает, что в Интернете формируется новый тип общения, который определяется как легкая социальность: особая форма отношений между людьми, которая ни к чему не обязывает и не имеет никаких последствий. Полагают, что это общение снижает конфликтность человеческих взаимодействий, т. к. уменьшение личных контактов равно укреплению социального спокойствия. При этом Сеть как бы гасит физическую активность людей, они меньше друг другу мешают [Wallace 2003, c.35].

Обзор работ по изучению мотивов использования коммуникативных сервисов Интернета показал, что среди причин обращения к Интернету как коммуникативному инструменту указываются такие: неудовлетворенность общением в жизни; неудовлетворенность реальной социальной идентичностью и желание избавиться от нее; возможность реализации качеств личности, проигрывания ролей, переживания эмоций, по тем или иным причинам недостижимым в жизни [Там же].

По отношению к перечисленным потребностям пользователей Интернет является дружественной средой, так как общение в нем обладает рядом особых характеристик: массовость наряду с относительной анонимностью, возможность объединения по интересам и ценностям, поддержка стремления к самовыражению, взаимодействию и соревнованию – все эти качества делают уникальным коммуникативную среду сети Интернет [Там же].

Одновременно ученые, изучающие социальные и иные последствия и влияние Интернета на общество, все чаще, анализируя его содержательную сторону, говорят о том, что Интернет является как средой, так и каналом распространения информации, а интернет-пространство — это не некое «виртуальное», мифическое пространство в стиле трехмерных компьютерных игр, а вполне реальная система отношений и связей: индивидов друг с другом и с информационными ресурсами; индивидов - с техническими устройствами-посредниками; самих этих устройств. Последнее предполагает ряд специфических технологий передачи данных и многообразие способов их трансляции [Там же, с.32].

Необходимо также подчеркнуть, что Интернет, родившийся как информационный продукт политического и даже военного противостояния СССР и США, постепенно стал обслуживать всё большее и большее количество социальных коммуникативных практик, начиная с научных и оканчивая религиозными.

По мере роста Сеть становится явлением повседневности, без которого жизнь в XXI веке уже также не мыслится, как в прошлом веке сложно было представить нашу жизнь без радио, телевизора или телефона. Начинается формирование социально-коммуникативного пространства, не имеющего аналога в прошлом опыте человечества. Всё большее и большее количество социальных практик начинает перемещаться в пространство сети Интернет: уже достаточно большему количеству людей привычны термины электронное правительство, электронное образование или электронный банк. В Интернете можно помолиться, выйти замуж, получить диплом и проголосовать за любимый товар или любимого политического лидера, практически не отходя от клавиатуры компьютера с доступом в онлайне. Он стал уникальной платформой практически для всех глобальных социальных коммуникаций XXI века. Н. Байм и А. Маркхэм, анализируя влияние Интернета на общество, указывают области, в которых влияние этого феномена сказалось самым кардинальным образом: конвергенции новых и старых СМИ (медиа) (англ.: media convergence); опосредовании идентичности (англ.: mediated identities); пересмотре социальных границ (англ.: redefinitions of social boundaries) и трансцендентности (пересмотре, выходе из) географических границ (англ.: transcendence of geographical boundaries) [Markham, Baym 2009, с.18].

8. Заключение

Современный этап развития информационного общества можно определить как информационно-коммуникативное общество, где всё нарастающие объемы коммуникаций становятся его системообразующим признаком. При этом одной из движущих сил развития этого общества является сеть Интернет и коммуникации, происходящие на этой основе.

По мере развития и распространения Интернета в современном обществе интернет-среда постепенно превращается в универсальное коммуникативное пространство, в котором запускаются механизмы виртуализации социальности, где виртуальность – неизбежный социальный эффект новых коммуникационных технологий, и прежде всего, самой сети Интернет. Более того, развитие Интернета приводит к усилению плотности межличностных и межгрупповых коммуникаций, но что ещё более важно – создает возможность изменения потока этих коммуникаций и таким образом трансформирует социальную структуру общества. Опосредованная интернет-технологиями виртуализация социальной реальности, существенно трансформируя её, в конечном счете, превращает эту социальность в новую, не существующую ранее действительность.

Таким образом, анализируя Интернет как виртуальную социальность, можно говорить и о том, что этот феномен порождает коммуникативное социально-культурное пространство, которое является одним из системообразующих характеристик возникающего в XXI веке информационно-коммуникативного общества. Это социокультурное пространство, выступающее в качестве коммуникативной среды, диктует появление и новой парадигмы взаимоотношений, учитывающей не только разнообразие технических решений доступных пользователям, но и множественность контекстов их взаимодействий.

В отношении современного этапа развития Интернета можно говорить об эволюции технологического образования, которое приобрело черты социокультурного пространства, основанного на интеракции и коммуникации. При этом коммуникация и средства ее осуществления (технологии) приобретают в сети Интернет ведущую роль. Вербальное общение, выражаемое средствами электронных посланий, является системообразующим признаком Интернета как социальной реальности, а язык – системоцентричным признаком Интернета как социокультурного коммуникативного феномена.

Мы предполагаем также, что исследования феномена Интернет и общественного устройства современного общества будут сильно переплетены и взаимоувязаны. Изучение социальной природы веб-технологий позволяет понять социальную природу тех функций, для реализации которых созданы эти технологии. Таким образом, мы можем не только использовать социальные теории, чтобы понять и познать феномен Интернета, но и использовать Интернет и социальную природу веб-технологий, чтобы понять современность и построить адекватную ей лингвистическую теорию.

Литература

1.  Аладышкина А.С. Современное интернет-сообщество: социально-стратификационный анализ: Дис. … канд. социол. наук: 22.00.04 Нижний Новгород, 2006. – 156 с.

2.  Артищев А. Сеть меняет концепцию. - [Электронный ресурс] // RSS NetUa. (2009). - URL: http://rss.net.ua/2101. - (дата обращения: 17.07.2009).

3.  Атабекова A.A. Лингвистический дизайн WEB-страниц (сопоставительный анализ языкового оформления англо- и русскоязычных WEB-страниц). - М.: Изд-во РУДН, 2003. - 202с.

4.  Баловсяк Н. Более 75% "сидят" в соцсетях и блоги [Электронный ресурс] // Tochka.net., 2010. – URL: http://hi-tech.tochka.net/2912-bolee-75-sidyat-v-sotssetyakh-i-blogi. - (дата обращения: 10.12.2010).

5.  Баловсяк Н. Бум социалок продолжается. А в Рунете – особенно [Электронный ресурс] // Internetessa. 13.09.2009. URL:  http://internetessa.com/2009/08/13/bum-socialok-prodolzhaetsya-a-v-runete-osobenno/. - (дата обращения: 10.12.2010)..

6.  Бальжирова Т. Ж. Интернет как средство социальной коммуникации в условиях формирующегося в России информационного общества: дис. ... канд. социол. наук: 22.00.04. – Улан-Удэ , 2003. – 161с.

7.  Биккулов А. С. Интернет как средство массовой коммуникации: Дис. ... канд. социол. наук: 22.00.06. – Санкт-Петербург, 2003. – 217с.

8.  Бондаренко С. В. Социальная структура виртуальных сетевых сообществ: дис. … доктора социол. наук: 22.00.04. – Ростов-на-Дону, 2004. – 399 с.

9.  Бондаренко Т. А. Виртуальная реальность в современной социальной ситуации: дис. ... доктора филос. наук: 09.00.11. – Ростов-на-Дону, 2007. – 326 с.

10.  Бурдье П. Структуры. Habitus. Практики // Современная социальная теория: Бурдье, Гидденс, Хабермас. – Новосибирск, 1995. – С. 20.

11.  Вавилова Е. Н. Жанровая классификация дискурса телеконференций Фидонет: Автореф. дис. …. канд. филол. наук: 10.02.01. – Томск, 2001. – 24 с.

12.  Варламова Е.В. Особенности германского леворадикального Интернет-дискурса: автореф. дис. ... канд. филол. наук. - М., 2006. 26 с.

13.  Вершинин М.С. Политическая коммуникация в информационном обществе. – СПб.: Изд-во Михайлова, 2001. – 253 с.

14.  Виноградова Н.В. Терминосистема немецкой электронной коммерции: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04. - Курск, 2003. - 158 с.

15.  Войскунский А.Е. Принцип комплексности в гуманитарном исследовании интернет-активности [Электронный ресурс] / А. Е. Войскунский // Информационно-коммуникационные технологиии в образовании. – Интернет-публикация, 2003. – Режим доступа: http://www.ict.edu.ru/vconf/index.php?a=vconf&c=getForm&r=thesisDesc&d=light&id_sec=180&id_thesis=6959. – (Проверено: 02.10.2009).

16.  Волкова Е.В. Лингво-культурные барьеры компьютерно-опосредованной коммуникации: автореф. дис. ... канд. филол. наук.: 10.02.04. - Ульяновск, 2007. – 21 с.

17.  Голышко А. Интернет: на пути к рождению // Радио. – 2001. – № 11. – С.70-72.

18.  Горошко Е.И. Лингвистика Интернета: формирование дисциплинарной парадигмы // Жанры и типы текста в научном и медийном дискурсе. – Орел: Картуш, 2007. –  Вып. 5. – С. 223-237.

19.  Горошко Е.И. Интернет-жанр и функционирование языка в Интернете: попытка рефлексии // Жанры речи. – Саратов: Издательский центр «Наука», 2009. – Выпуск 6 «Жанр и язык». - С.11-27.

20.  Горошко Е.И. Интернет-коммуникация: настоящее и будущее // О некоторых чертах цивилизации будущего. Научное издание по материалам Международного Форума к 90-летию со дня рождения академика РАН Н. Н. Моисеева. Под редакцией А. T. Никитина и С. А. Степанова. - М.: Изд-во МНЭПУ, 2008. – 502с.

21.  Горошко Е.И. К уточнению понятия «компьютерно-опосредованная коммуникация»: проблемы терминоведения // Образовательные технологии и общество. – 2009а. – Т. 12. - N2. – С. 445-455.

22.  Горошко Е.И. Информационно-коммуникативное общество в гендерном измерении: монография. – Харьков: «ФЛП Либуркина Л. М.», 2009б. – 816с.

23.  Горошко Е.И. Текст эпохи веб 2.0: психолингвистический анализ // Вопросы психолингвистики. – М.: ИЯ РАН, 2009в. – Вып.9. – С. 267 – 281.

24.  Громова В.М. Конструирование идентичности в Интернет - дискурсе персональных объявлений: дис. ... канд. филол. наук. 10.02.19. - Ижевск, 2007. - 147 с.

25.  Грушевицкая Т.Г., Попков В.Д., Садохин А.П. Основы межкультурной коммуникации: Учебник для вузов (Под ред. А.П. Садохина). - М.:ЮНИТИ-ДАНА, 2002. - 352с.

26.  Доклад об информационной экономике – 2007-2008 год [Электронный ресурс] Наука и техника на службе развития: новая парадигма ИКТ (Information Economy Report 2007-2008). Science and Technology for Development: The New Paradigm of ICT. –URL: http://www.ifap.ru/library/book260b.pdf. - (дата обращения: 10.12.2010).

27.  Докторов Б. Российский Интернет: Новое русское чудо [Электронный ресурс] // Тезисы доклада, сделанного на семинаре " Интернет в меняющемся обществе: петербургские реалии. Петербург, 23 июня 1999. URL: http://www.comcon-2.ru/default.asp?artID=58. – (дата обращения: 10.12.2010).

28.  Долгин А.Б. Рунет: игра на опережение. Что такое web 3.0? Доклад на симпозиуме «Пути России» 27 февраля 2010 г. - [Электронный ресурс]. // Полит.РУ URL: http://www.polit.ru/research/2008/04/02/web3.html. - (дата обращения: 10.12.2010).

29.  Донскова О.А. Тенденции становления паравербальной графемики в системе интернет [Электронный документ] URL: http://pn.pglu.ru/index. – (дата обращения: 10.12.2010).

30.  Дьякова Е.Ю. Дискурсивные стратегии образовательного дискурса (на материале анализа Интернет-сайта Оксфордского университета) // Язык, коммуникация и социальная среда: межвуз. сб. науч. тр. Вып. 4. Воронеж: ВГУ, 2006. С. 149-155.

31.  Егорова И.Ю. Акцентирование в рекламном интернет-дискурсе: автореф. дис. ... канд. филол. наук: 10.02.19. - Волгоград, 2008. — 21 с.

32.  Естрина О.В., Дулина H.В. Социокультурное пространство: определение понятия // Человек, Культура, Общество: Межвуз. Сб. науч. тр.  – Волгоград: Волгоградский Политехник, 2007. – С.8-17.

33.  Журавлева Е. Ю. К содержанию понятия «Интернет» // Труды Всероссийской науч. конф. "Гуманитарная информатика" (9-12 ноября 2004 г., Санкт-Петербург). – СПб: Изд-во СПбГУ, 2004. – С. 34-44.

34.  Журавлева Е.Ю. Онтологическая проблематика в исследованиях Интернет // Современная онтология. – СПб.: СПб гос. ун- т., 2007. – Вып. 2. – С. 387-390.

35.  Землякова Е.А. Лингвостилистические характеристики жанра англоязычного корпоративного блога. Автореф. … дис. канд. филол. наук. – Харьков, 2010. – 21с.

36.  Иванов Л.Ю. Язык Интернета: заметки лингвиста // Словарь и культура русской речи. – М.: Азбуковник, 2000. – С. 35-45.

37.  Иванов Л.Ю. Язык в электронных средствах коммуникации // Культура русской речи. – М.: Флинта - Наука, 2003. – С. 791-793.

38.  Казанская И.Н. К научному пониманию феномена Интернета // Актуальные проблемы социогуманитарного знания: сб. науч. трудов МПГУ. – М.: Прометей, 2007. – С. 128-150.

39.  Какие социальные медиа вы используете? - [Электронный ресурс]. URL: http://tods-blog.com.ua/voting/social-media/. – (дата обращения: 10.12.2010).

40.  Карпова Т.Б. Сетевые СМИ как новый тип дискурса // Язык средств массовой информации как объект междисциплинарного исследования: материалы 2-й Междунар. конф. (Москва, 14-16 (ben 2008 г.) / сост. М.Н. Володина. М.: МАКС Пресс, 2008. - С. 393-395.

41.  Компанцева Л.Ф. Гендерные основы Интернет - коммуникации в постсоветском пространстве. – Луганск: Знание, 2004. – 420 с.

42.  Компанцева Л.Ф. Интернет-лингвистика: когнитивно-прагматический и лингвокультурологический подходы. – Луганск: Знание, 2008. – 528 с.

43.  Кондрашов П.Е. Компьютерный дискурс: социолингвистический аспект: дис. … канд. филол. наук: 10.02.19. – Краснодар, 2004. – 189 с.

44.  Кролл Э. Всё об Интернет. – Киев: BHV, 1995. – 234с.

45.  Кузнецова Ю.М., Чудова Н.В. Психология жителей Интернета. – М.: УРСС, 2008. – 224с.

46.  Кутузов А.Б. Модель функционирования терминологического сленгизма в дискурсе сетевых форумов: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Тюмень, 2006. - 24 с.

47.  Кушнерук С.Л. Расширение коммуникативного пространства: специфика текстов электронных СМИ в сравнении с печатными // Политическая лингвистика. Вып. 3 (23). Екатеринбург, 2007. 0 С. 140-143.

48.  Лебедев П. Проблемы и барьеры развития Рунета: экспертные мнения // Социальная реальность. – 2008. – № 7. – С. 5-20.

49.  Лебедев П.А., Паутина Л.Н., Барабанов В.М., Худолей А.С., Макарова А.А., Сидоренко А.Н. Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям представляет Отраслевой доклад «Интернет в России. Состояние, тенденции и перспективы развитии. 2010», - М.: Известия, 2010. – 77с.

50.  Лунев М. Сеть нас меняет [Электронный ресурс] // ДК Hi-Fi (Опубликовано 5 марта 2003 года). URL: http://www.homepc.ru/slydecision/24663/. - (дата обращения: 10.12.2010).

51.  Лутовинова О.В. Лингвокульторологические характеристики виртуального дискурса. – Волгоград: Изд-во ВГПУ «Перемена», 2009. – 476с.

52.  Максимова Н.Г. Электронный текст в ограниченном коммуникативном пространстве // Вестник Чувашского университета. – 2007. – № 4. – С.193-196.

53.  Мальковская И.А. Профиль информационно-коммуникативного общества (обзор современных теорий) // Социологические исследования. – 2007. – № 2. – С. 1-24.

54.  Мечковская Н.Б. История языка и история коммуникации: от клинописи до Интернета. – М.: Флинта-Наука, 2009. – 584с.

55.  Михайлов С.В. Интернет как социальное явление: дис. … канд. филос. наук: 09.00.11. – Ульяновск, 2003. – 167с.

56.  Одинцова М.С., Антонова Н.В. Особенности идентичности людей, активно общающихся в сети Интернет // Журнал практического психолога. – 2010. - №4. – С.37-58.

57.  О’Рейли Т. Что такое Веб и Использование коллективного разума? //Компьютерра. – 2005. - №423. – [Электронный ресурс]. URL: http://www.computerra.ru/think/234100/. – (дата обращения: 10.12.2010).

58.  Парамонов А. Объем интернет-контента удваивается каждые полтора года [Электронный ресурс] (Опубликовано 19.05.2009). – URL: http://net.compulenta.ru/427223/. - (дата обращения: 10.12.2010)..

59.  Патаракин Е.Д. От использования контента к совместному творчеству. Анализ сетевого проекта Летописи.ру // Вопросы образования. – 2009. - №.3. – С. 114 – 129.

60.  Перфильев Ю.Ю. Российское интернет-пространство: развитие и структура. – М.: Гардарики, 2003. – 272 с.

61.  Пропп В. Я. Морфология волшебной сказки. – Л.: ACADEMIA, 1928. – 152 с.

62.  Путилова Е.А. Интернет как фактор формирования информационного общества: дис. ... канд. социол. наук: 22.00.04.– Тюмень, 2004 – 186 с.

63.  Раскладкина М.К. Интернет как средство организации информационно-политического пространства России: дис. … канд. полит. наук: 10.01.10 . – СПб., 2006. – 183 с.

64.  Розина И.Н. Педагогическая компьютерно-опосредованная коммуникация: теория и практика. - М.: Логос, 2005. - 437 с.

65.  Рыжков М.С. Речевые стратегии участников синхронного Интернет-дискурса (на материале русско- и англоязычных чатов): автореф. дис. ... канд. филол. наук. - Воронеж, 2010. - 25 с.

66.  Рязанцева Т. И. Гипертекст и электронная коммуникация. – М.: Издательство ЛИКИ, 2010. – 256с.

67.  Скородумова О.Б. Социокультурные функции Интернета и особенности их реализации в современной России: дис. ... доктора социол. наук: 24.00.01. – М., 2004. – 435 c.

68.  Смирнов Ф.О. Навигация веб-сайта: лингвокультурные особенности. [Электронный ресурс] 2004. – URL:   http://flogiston.ru/articles/netpsy/smirnov_navigation – (дата обращения: 10.12.2010)..

69.  Смирнов Ф.О. Язык общения компьютерщиков: потребность в аффилиации или нечто большее? [Электронный ресурс] 2003. URL: http://flogiston.ru/articles/netpsy/comp_zh. – (дата обращения: 10.12.2010).

70.  Смолян Г.Л., Цыгичко В.Н., Хан-Магомедов Д.Д. Интернет в России. Перспективы развития.– М.: Едиториал-УРСС, 2004. – 200 с.

71.  Соколов А.В. Общая теория социальной коммуникации: уч. пособие. – СПб.: Михайлов, 2002. – 460с.

72.  Социальные сети уже покрыли планету [Электронный ресурс] // Лаборатория социального маркетинга «Сарафанное радио». – 2009 URL: http://www.sarafannoeradio.org/novosti/129-usanekontroliruetinternet.html. - (дата обращения: 10.12.2010).

73.  Трофимова Г.Н. Языковой вкус Интернет-эпохи в России. Функционирование русского языка в Интернете: концептуально- сущностные доминанты. М.: Изд-во РУДН, 2004. - 380 с.

74.  Труханов А. Объем интернет-трафика растет, несмотря на кризис [Электронный ресурс] // Gift.CNews (16.09.09). URL:   http://www.cnews.ru/news/top/index.shtml?2009/09/16/362062.- (дата обращения: 10.12.2010).

75.  Харгадон С. Web 2.0 – это будущее образования [Электронный ресурс] 2008. URL: http://www.websoft.ru/db/wb//doc.htm. - (дата обращения: 10.12.2010).

76.  Чугунов А.В. Перспективы развития в России «информационного общества» (Социальный портрет российской интернет-аудитории по данным социологических опросов) // Политические исследования. – 2002. – № 5. – С. 146-157.

77.  Чугунов А.В. Социологические аспекты формирования информационного общества в России: Обзор исследований аудитории Интернета.— СПб.: Междисциплинарный центр СПбГУ, 2000. – 36 с.

78.  Шмидт С., Тойбинер К., Цуравски Н. Виртуальное (вос)соединение? Культуры русской диаспоры в Интернете // Control + Shift. Публичное и личное в русском Интернете. – 2009. – С. 171-205.

79.  Щипицина Л.Ю. Компьютерно-опосредованная коммуникация: Лингвистический аспект анализа. – М.: КРАСАНД, 2010. – 296с.

80.  Щипицина Л. Ю. Жанры компьютерно-опосредованной коммуникации: монография. – Архангельск: Поморский университет, 2009. – 238 с.

81.  2010 Digital Universe Study iView content – FINAL. [Электронный ресурс]. – 2010. – URL: http://gigaom.files.wordpress.com/2010/05/2010-digital-universe-iview_5-4-10.pdf. - (дата обращения: 10.12.2010).

82.  Alexa.com is Website statistics and rankings. - [Электронный ресурс]. URL: http://www.aboutus.org/Alexa.com/ - (дата обращения: 10.12.2010).

83.  Bruchhaus J. Runet 2000. Die politische Regulierung des russischen Internet. Arbeitspapiere des Osteuropa-Instituts der Freien Universität Berlin [Электронный ресурс] / J. Bruchhaus // Arbeitsbereich Politik und Gesellschaft. – 2001. – N31. – URL::           http://userpage.fu-berlin.de/%7Esegbers/working_papers/ AP31.pdf. - (дата обращения: 10.12.2010).

84.  Crowston K., Williams M. Reproduced and emergent genres of communication on the World-Wide Web // The Information Society: An International Journal. - 2000. - N. 16 (3). - P. 201-216.

85.  Crystal D. Language and the Internet. – Cambridge: Cambridge University Press, 2001. – 272 p.

86.  Crystal D. The Language Revolution. – Cambridge: Polity Press, 2004. – 187 p.

87.  Garrett R. K., Danziger, J. N. On Cyberslacking: Workplace status and personal Internet use at work // CyberPsychology & Behavior. – 2008. – № 11. – P. 287-292.

88.  Gates, B. Content is the King. - [Электронный ресурс]. // Sick Site Syndrome (1996). - URL: http://www.sick-site-syndrome.com/articles/content-is-king.shtml. - (дата обращения: 10.12.2010).

89.  Gunelius, S. Technorati's State of the Blogosphere 2009 // About.com, a part of The New York Times Company. – 2010. - [Электронный ресурс]., 2010. –URL:          http://weblogs.about.com/b/2009/11/12/technorati-state-of-the-blogosphere-2009.htm. - . – URL:.

90.  Halavais A. An Analysis of Topical Coverage of Wikipedia [Электронный ресурс] / A. Halavais, D. Lackaff // Journal of Computer-Mediated Communication. – 2008. – Vol. 13. – №2. – P. 429-440. – URL:     http://www3.interscience.wiley.com/journal/121394412/issue/. –(дата обращения: 10.12.2010).

91.  Herring, S.C. (In press, 2010). Digital media. In: P. Hogan (Ed.), The Cambridge Encyclopedia of the Language Sciences. Cambridge: Cambridge University Press. Preprint: URL: http://ella.slis.indiana.edu/~herring/digmed.pdf. - (дата обращения: 10.12.2010).

92.  Herring S. Language and the Internet [Электронный ресурс] / S. Herring / Eds. W. Donsbach // International Encyclopedia of Communication. Blackwell Publishers. – 2008. – P. 279-304. –URL:  http://ella.slis.indiana.edu/~herring/lg.inet.pdf. –(дата обращения: 10.12.2010).

93.  Huffacher D. Gender Similarities and Differences in Online Identity and Language Use among Bloggers: MA Thesis. Washington DC: Georgetown University, 2004. - 100 p.

94.  Internet Communication and Qualitative Research. – London: Sage Publishing, 2000. – 456p.

95.  Internet Forrester Research 2010. - [Электронный ресурс]. –2010. –URL: http://www.forrester.com/Research/Document/Excerpt.html. – (дата обращения: 10.12.2010).

96.  Internet Freedom and Broadband Deployment Act of 2001 [Электронный ресурс], 2001. –URL: http://www.rupri.org/Forms/PB2001-12.pdf. - (дата обращения: 10.12.2010).

97.  Internet Usage Statistics: The Internet Big Picture World Internet Users and Population Stats. - [Электронный ресурс]. 2010. –URL: http://www.internetworldstats.com/stats.htm. – (дата обращения: 10.12.2010).

98.  Internet User Statistics & Population for 52 European countries and regions [Электронный ресурс] // Internet World Stats, 2009. URL: http://www.internetworldstats.com/ stats4.htm#europe. – (дата обращения: 10.12.2010).

99.  Internet World Users by Language. Top 10 Languages 2010 [Электронный ресурс], 2010. - URL: http://www.internetworldstats.com/stats7.htm. - (дата обращения: 10.12.2010).

100.  Markham A. N. Baym N. K. Internet Inquiry: Conversations about Method, – London: Sage, 2009. – 243p.

101.  Markham A. N. Metaphors Reflecting and Shaping the Reality of the Internet: Tools, Place, Way of Being. - [Электронный ресурс], 2003. - URL: http://markham.internetinquiry.org/writing/MarkhamTPW.pdf. - (дата обращения: 10.12.2010).

102.  Nielsen J. One Billion Internet Users [Электронный ресурс] // Jakob Nielsen's Alertbox, December 19, 2005. URL: http://www.useit.com/alertbox/internet_growth.html. - [Электронный ресурс].

103.  Paulus T.M. Internet technology and social capital: How the Internet affects seniors' social capital and wellbeing [Электронный ресурс] // Journal of Computer-Mediated Communication. – 2008. – Vol. 13. - № 4. – P. 202-220. – URL: http://www3.interscience.wiley.com/journal/119414150/. – (дата обращения: 10.12.2010).

104.  Peters A. Sprachoptimierung für das World Wide Web? Versuch eines linguistischen Konzeptes für verständlichen Hypertext und effiziente Hypermedia // Redaktion LINSE (Linguistik-Server Essen), 2003. - [Электронный ресурс] URL: http://www.linse.uni-essen.de (дата обращения: 15.01.2010).

105.  Ray L. Будет ли у Second Life вторая жизнь? [Электронный ресурс], 2008. – URL: http://www.secondmoscow.ru/2008/06/10/budet-li-u-second-life-vtoraya-zhizn/ - (дата обращения: 10.12.2010).

106.  Runkehl J., Schlobinski P., Siever T. Sprache und Kommunikation im Internet: Überblick und Analysen. Opladen; Wiesbaden: Westdt. Verl., 1998. - 240 S.

107.  Sager S.F. Intertextualität und die Interaktivität von Hypertexten // Textbeziehungen: linguistische und literaturwissenschaftliche Beiträge zur Intertextualität / Hrsg. J. Klein, U. Fix. Tübingen: Stauffenburg, 1997. - S. 109-123.

108.  Sanderson J. The Blog is Serving Its Purpose: Self-Presentation Strategies on 38pitches.com [Электронный ресурс] // Journal of Computer-Mediated Communication. - 2008. – Vol. 13, № 4. – p. 912-936. – URL: http://www3.interscience.wiley.com/journal/ 117979365/issue. – (дата обращения: 10.12.2010)..

109.  Schmitz U. Sprache in modernen Medien. Einführung in die Tatsachen und Theorien, Themen und Thesen. В.: Erich Schmidt Verlag, 2004. - 220 S.

110.  Neologismen im Internet. Untersuchung der Hackersprache unter besonderer Berücksichtigung der Wortbildung: Diplomarbeit. Mainz, 1997. - 87 S.

111.  Scott C.R., Qian X. Anonymity and self-disclosure on weblogs [Электронный ресурс] // Journal of Computer-Mediated Communication. – 2007. – Vol. 12. - № 4. – P. 1428-1451. – URL: http://www3.interscience.wiley.com/journal/117979362/abstract. – (дата обращения: 10.12.2010)..

112.  Segev E., Ahituv N., Barzilai-Nahon R. Mapping diversities and tracing trends of cultural homogeneity/ heterogeneity in cyberspace [Электронный ресурс] // Journal of Computer-Mediated Communication. – 2007. – Vol. 12. - № 4. – P. 1269-1297. – URL:          http://www3.interscience.wiley.com/journal/117979355/abstract. – (дата обращения: 10.12.2010).

113.  Slater D. Social Relationships and Identity Online and Offline // Handbook of New Media: Social Shaping and Consequences of ICTs. – London: Sage Publicatios, 2002. – P.533 – 545.

114.  SpyLOG. Глобальная статистика. География по странам, 11 октября–7 декабря [Электронный ресурс], 2005. – URL: http://gs.spylog.ru/r/?reportId=3&categoryId=1– (дата обращения: 04.05.2010).

115.  Tong S. T., Langwell B., Walther J. B. Too much of a good thing? The Relationship between number of friends and interpersonal impressions on facebook [Электронный ресурс] // Journal of Computer-Mediated Communication. – 2008. – Vol. 13. - № 3. – P. 531-549. – URL: http://www3.interscience.wiley.com/journal/119414154/ issue. – (дата обращения: 10.12.2010).

116.  Turkle Sh. Life on the Screen: Identity in the Age of the Internet. – London: Simon & Schuster, 1995. – 347 p.

117.  Turnage A. K. IM = Interruption management? Instant messaging and disruption in the workplace [Электронный ресурс] // Journal of Computer-Mediated Communication. – 2008. – Vol. 13. - № 2. – Р. 23-42. – URL:          http://www3.interscience.wiley.com/journal/121394412/ issue. - (дата обращения: 10.12.2010).

118.  Twitter, Global Impact and the Future Of Blogging // SOTB 2009. - [Электронный ресурс]. -URL:    http://technorati.com/blogging/article/day-5-twitter-global-impact-and/ . – (дата обращения: 10.12.2010).

119.  Wagner J. Mensch — Computer - Interaktion: sprachwissenschaftliche Aspekte. F/M; B. u.a.: Lang, 2002. - 409 s.

120.  Wallace P. The Psychology of the Internet. - Cambridge: Cambridge University Press, 2003. – 263 p.

121.  Web 3.0 (w.d.) - Материал из Википедии — свободной энциклопедии. [Электронный ресурс]. URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/Web_3.0. - (дата обращения: 10.12.2010).

122.  What Do You Check First: E-mail or Facebook? - [Электронный ресурс] // Mashable Social Media, 2009. – URL: http://mashable.com/2010/06/16/email-or-facebook-study/. - (дата обращения: 10.12.2010).

123.  Witmer D.F., Katzman S. L. On-line smiles: Does gender make a difference in the use of graphic accents [Электронный ресурс] // Journal of Computer-Mediated Communication. – 1997. – Vol. 2. - № 4. – P. 19-57. - URL: http://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/j.1083-6101.1997.tb00192.x/abstract. - (дата обращения: 10.12.2010).

124.  Würtz E. A cross-cultural analysis of websites from high-context cultures and low-context cultures // Journal of Computer-Mediated Communication. - 2005. – Vol.11. - N1. - Article 13. [Электронный ресурс]. - URL: http://jcmc.indiana.edu/voll1/issuel/wuertz.html. - (дата обращения: 15.01.2010).

125.  Yates S. T. Oral and Written Linguistics Aspects of Computer Conferencing: A Corpus Based Study // Communication: Linguistic, Social and Cross-Cultural Perspective. – Amsterdam: John Benjamins Publishing, 1996. – P. 29-46.

Примечания

  1. Необходимо также заметить, что ни одна из общественных наук не в силе предсказать или описать тенденции её развития на ближайшие пятьдесят лет [Markham, Baym 2009].
  2. Один петабайт равен 1 000 000 Гб.
  3. Широкополо?сный или высо?коскоростно?й до?ступ в Интерне?т появился приблизительно в начале этого тысячелетия. Он означает, что доступ в Интернет осуществляется через кабель или DSL с большой скоростью, в противоположность коммутируемому доступу с использованием модема и телефонной сети общего пользования. Широкополосная связь доступна на скорости 700 кбит/сек или выше и позволяет работать с потоковыми объемами данных. Кроме высокой скорости, широкополосный доступ обеспечивает непрерывное подключение к Интернету (без необходимости установления коммутируемого соединения) и так называемую «двустороннюю» связь, то есть возможность как принимать («загружать»), так и передавать («выгружать») информацию на высоких скоростях. Широкополосный доступ не только обеспечивает богатство информационного наполнения («контента») и услуг, но и преобразует весь Интернет как в плане предлагаемого сетью сервиса, так и в плане её использования. «Вторжение на рынок широкополосного доступа» сейчас трактуется как ключевой экономический индикатор. По данным Advanced Communications & Media, число абонентов широкополосного доступа в Интернет в России в 2009 году достигло 11,3 млн. человек, в том числе в Москве — 2,9 млн., Петербурге — 1,05 млн. По данным Министерства связи и массовых коммуникаций РФ, на конец 2009 года. проникновение широкополосного Интернета по России в целом составило 26 % (Источник: http://ru.wikipedia.org/wiki).
  4. Вторая жизнь (англ.: Second Life) – это виртуальный мир, который существует полностью в Интернете. Люди в нем создают цифровые версии самих себя и путешествуют по этому миру, встречая других людей, покупая и продавая виртуальные товары. В нем существуют магазины, клубы, офисы, поля, водоемы, мосты, здания, ландшафты – все это доступно для посещения и исследования. Во Второй жизни открыли магазины несколько крупных компаний, такие как Coca-Cola, IBM, Sony и Peugeot. Новостное агентство Reuters держит постоянного репортера, освещающего происходящие в ней события. Компания Sky News проводила интервью, включая даже одно с Дэвидом Милибэндом, заместителем министра иностранных дел Великобритании, прямо из виртуальной студии Второй жизни, а университеты сейчас экспериментируют с виртуальными классными комнатами для того, чтобы проводить там удаленное обучение, в частности английскому языку. Деньги в этом мире, тем не менее, самые настоящие. Согласно компании Linden Lab, которая управляет Второй жизнью, каждый день в этом мире происходит денежных операций на сумму 1 миллион долларов, а внутримировая валюта (линден) имеет изменяющийся обменный курс по отношению к доллару. За последние девять лет количество посетителей этого интернет-сервиса увеличилось до 12 миллионов пользователей [Ray 2008].
[ГЛАВНАЯ] [ЕЛЕНА ГОРОШКО ] [ФОРУМ]